Жизнь в трущобах городских

Несколько лет назад 80-летняя Зинаида Меднова из Сыктывкара стала жертвой черных риелторов. Оставшись без крыши над головой, она и по сей день вынуждена на свою небольшую пенсию снимать чужие углы. Однако нищета и отсутствие своего жилья не ожесточили старую женщину, а, наоборот, научили ее ко всему относиться с оптимизмом, в чем убедились журналисты «Республики».

О необычной старушке, которая каждую пятницу приходит на обеды выездной социальной столовой, рассказали ее организаторы. По их словам, у женщины интересная судьба: в преклонном возрасте она осталась без квартиры, но не отчаивается, снимает жилье, идти в дом престарелых категорически отказывается и, несмотря на возраст и состояние здоровья, обслуживает себя сама.

Дом, в котором сейчас живет Зинаида Меднова, производит мрачное впечатление: обшарпанный, грязный, холодный подъезд с разбитыми дверями. Лужа возле входа превратилась в каток – тут и молодому-то ходить опасно, не то что пожилым людям. Двухэтажная «деревяшка» оказалась общежитием: вдоль длинного коридора расположены небольшие комнаты. Помещение, предназначенное под общую кухню, используется жильцами под умывальню и прачечную. Готовить в этих антисанитарных условиях, видимо, никто не рискует. Как выяснилось, дом признан аварийным и в 2018 году должен быть расселен. Для Зинаиды Федоровны это означает, что снова придется где-то искать дешевое жилье.

В комнате, где она проживает, развернуться практически негде. Полкомнаты занимают кровать, холодильник и стол для приготовления пищи. Оставшиеся квадратные метры завалены тюками. Когда журналисты вошли в комнату, женщина, сидя на одном из таких тюков, ела суп.

– Здесь ничего моего нет, это все принадлежит хозяевам комнаты, – пояснила она и пригласила поговорить в общую кухню, где можно устроиться на двух табуретках.

По словам сыктывкарки, свою небольшую однокомнатную квартиру в Эжве по улице Комарова пять лет назад она решила продать, чтобы уехать на родину в Ковров Владимирской области, где жила ее подруга детства, с которой они не теряли связь и постоянно переписывались. Сама она воспитывалась в детском доме и, овдовев в 26 лет, осталась одна с четырьмя детьми на руках. Никакого профессионального образования у Зинаиды Федоровны не было, о своей прежней работе она, смеясь, говорит: «Бери больше – кидай дальше». Работала и дояркой, и разнорабочей. Сейчас в Сыктывкаре живут четверо ее взрослых детей, 12 внуков и более двадцати правнуков, но, по словам женщины, у всех свои семьи, и она там лишняя.

Риелтора по имени Алик ей порекомендовал кто-то из знакомых. Для оформления документов на продажу квартиры мужчина попросил у нее паспорт на два дня.

– Я вообще всегда людям верю, мне и в голову не могло прийти что-то плохое, – вспоминает женщина. – Это уж потом я его раскусила, да только поезд ушел. Дала я ему паспорт со словами: «Ты только смотри, верни через два дня, а то мне пенсию должны принести». Жду-жду – конца и края нет. Только через полмесяца он принес паспорт и какие-то бумаги, из которых я поняла, что квартира продана. Я до сих пор не знаю, кто ее купил и за какую сумму. Мне ни копейки от этой сделки не дали.

Не вступая в объяснения и переговоры, Алик предложил пожилому человеку выносить из квартиры мебель, так как новые хозяева хотят начать ремонт. От расспросов о деньгах риелтор ловко уходил.

– Я чувствую: что-то не то. Алик, говорю, ты долго еще меня будешь мучить? Я ведь на тебя в суд подам. А он только рассмеялся, – рассказывает женщина.

Пока Зинаида Федоровна думала, как теперь быть, ей самой пришла судебная повестка. Необразованная женщина, ничего не понимающая в законах, не знает даже, кто именно подал на нее в суд. На суде адвокат истца утверждала, что «бабуля нахально вторглась в чужую квартиру».

– Меня такая обида взяла, я и вторгаться-то не умею. В жизни ничего чужого не брала и ничего ни у кого не просила, – не скрывает давней обиды Зинаида Федоровна. – Может, я что-то не так сказала в свою защиту, но судья, помню, мне строго так заявила: «Если вы еще скажете что-то с места, выйдете за дверь».

Суд шел в течение года. По словам сыктывкарки, выступить в ее защиту пытались соцработник местного центра социальной защиты населения, помогавшая ей по хозяйству, ее дети и бесплатный адвокат, которого предоставили в суде. Однако дело было проиграно.

– Адвокат очень хотел мне помочь, но не смог, – рассказывает женщина. – Он потом мне сказал: «Вы слишком доверяете людям, нельзя сейчас так доверять. К тому же законов совсем не знаете, и любой может вас легко облапошить». Ну что тут возразишь? Правду он сказал.

Как только было вынесено судебное решение о выселении Зинаиды Медновой, к ней начали регулярно наведываться судебные приставы с требованиями освободить квартиру. Угрожали, что, если добровольно не покинет, придется приглашать полицию. Идти было некуда, и женщина поехала к дочери в Корткеросский район. Но через месяц пришлось вернуться в Сыктывкар: семья у дочери большая, и она почувствовала там себя лишней. В городе женщина решила снять жилье. Но при пенсии чуть больше семи тысяч рублей на хорошую квартиру рассчитывать не приходилось. В Нижнем Чове сняла за пять тысяч комнату в общежитии. Потом нашла в Эжве жилье подешевле – за четыре тысячи. На вопрос, как ей удается выживать на оставшиеся от пенсии деньги, Зинаида Федоровна отвечает:

– Да я за всю-то жизнь привыкла жить на копейки. Мне одной много ли надо? Теперь-то мне уже намного легче – пенсию значительно добавили. Я ведь не княгиня какая – мне стенки, что ли, купюрами оклеивать?

По словам организаторов социальной столовой, куда приходит Зинаида Меднова, женщине предлагали помощь в оформлении ее в дом для престарелых и инвалидов, но она от этого отказалась. На вопрос «почему?» отвечает:

– А вы бы захотели, если бы оказались в моем положении? Хочется еще самостоятельно пожить, рядом с людьми. С людьми ведь как себя поведешь, так и они с тобой будут. Я стараюсь со всеми уживаться, и ко мне вроде все хорошо относятся.

Со всеми хозяйственными делами сыктывкарка справляется сама: ходит в магазин, готовит нехитрую пищу, стирает. Правда, стирать ей уже тяжело – в руках нет сил, чтобы хорошо отжать белье, а собственной стиральной машины нет. Мыться ходит либо в баню, либо к дочери, которая тоже живет недалеко. Но главная радость для Зинаиды Федоровны – общение с Богом, который, по ее словам, не только помогает ей во всем, но еще и исполняет «желания сердца». Причем каждый раз исполнение этих желаний становится чудом, которому она радуется, как ребенок.

Такие чудеса у нее на каждом шагу. Совсем недавно вспомнила одну свою знакомую, с которой часто общались на прогулках. И так захотелось увидеть, убедиться, что она жива-здорова.

– В воскресенье после церковной службы захожу в автобус, а там она сидит прямо на переднем сиденье. Мы обе так обрадовались, обнялись. И хоть обе глуховаты, поговорить толком не смогли, но хоть увиделись. Может, кто-то скажет, что это случайность, а я точно знаю: это Господь мое желание исполнил, – радуется женщина.

Как любая мать, Зинаида Федоровна оправдывает своих детей, уверяя, что они сами живут небогато, и не они ей, а она им вынуждена помогать: одних дней рождения сколько – каждому надо хоть маленький подарочек сделать.

– Мне уже ничего не надо, только покой и чуть-чуть сил, – говорила она, провожая гостей до двери. – Я ведь недавно во сне видела Иисуса Христа в белом одеянии, как в кино его показывают. Так я ему говорю: «Сил у меня совсем нет». А он строго так на меня посмотрел и отвечает: «Как это нет? Есть!» Если Бог так считает, значит, не надо расслабляться, жить надо.

Галина ГАЕВА

Фото Дмитрия НАПАЛКОВА и Степана САМСОНОВА