Земский учитель Жанна Ульнырова: «Условия работы здесь просто идеальные»

Конкурентоспособность российского образования – одно из главных требований национального проекта «Образование». В связи с этим сегодня большое внимание уделяется модернизации учебной базы и кадровой проблеме сельских школ. В минувшем году в рамках программы «Земский учитель» в школы сел и небольших населенных пунктов республики приехали работать 16 педагогов. В их числе учитель русского языка и литературы Жанна Ульнырова, она работает в школе поселка Якша Троицко-Печорского района. О том, что побудило ее стать участником программы, а также о сложностях преподавания литературы в век развития информационных технологий учитель рассказала «Республике».

– Какой у вас педагогический стаж и что побудило вас оставить работу в городской школе и перебраться в глубинку?

– В школу я пришла сразу после окончания СГУ в 1997 году. Последние годы работала в ухтинской школе №10. О программе «Земский учитель» узнала из интернета. Это было то, что на тот момент мне было нужно. Просто в прошлом году моя дочь поступила в университет и уехала из Ухты. Мне становилось грустно, когда я представляла, как после уроков буду возвращаться в пустую квартиру. Захотелось что-то поменять, тоже куда-то уехать, поработать в новом месте.

Правда, мне хотелось уехать в Ижму, потому что я родом оттуда. Но вакансий филолога в Ижме не оказалось. И я выбрала Якшу, поскольку это не так далеко от Ухты и в каникулы или праздники можно приезжать домой. Отправила документы на конкурсный отбор, меня утвердили на эту вакансию. Приехала сюда и не жалею. Здесь замечательная новая школа, отличные условия для работы. Мне сразу предоставили двухкомнатную светлую благоустроенную квартиру. Природа здесь очень красивая. Мы с друзьями, моими новыми коллегами, каждый день гуляем, ходим на лосеферму.

– Вы единственный учитель русского языка в школе. Справляетесь с нагрузкой? Ведь общеизвестно, что филологам в школе сложнее всего из-за большого числа подготовок к урокам и кучи тетрадей для проверки.

– Условия для работы здесь просто идеальные за счет того, что классы небольшие. Есть возможность работать с каждым учеником индивидуально. Уже на уроке видишь, усвоил ребенок материал или нет, а не после проверочных и самостоятельных работ. И огромный плюс: нет такого количества тетрадей, как в городе, где классы большие.

Что касается подготовки к урокам, то благодаря новым информационным технологиям сегодня это намного легче, чем раньше. В самом начале моей практики приходилось каждый урок детально обдумывать, вплоть до мелочей и индивидуальных заданий. Карточки-задания писали от руки. А сейчас есть готовые хорошие уроки в интернете, нужно только грамотно их провести.

– Одна из самых больших проблем учителей литературы – нежелание школьников читать. Как вы выходите из положения?

– Это действительно проблема. В пятом-шестом классе произведения еще небольшие, и я лучше потеряю время, выделенное на анализ, но прочитаю их с детьми. Старшеклассники сегодня предпочитают читать в сокращении или смотреть фильмы по произведениям классиков. И замотивировать их на чтение непросто, так как для многих это просто тяжелый труд. Но, к счастью, в классе всегда есть один или два человека, которые все же читают. И мы работаем в основном с ними, а остальные слушают и принимают участие по мере возможности. Если честно, я еще не нашла другого решения этого вопроса. Чтобы хоть немного ближе познакомить детей с произведением, даю им задания поискать в интернете ответы на некоторые вопросы по произведению.

– Сегодня довольно широко распространено мнение о том, что классическая литература в рамках школьной программы изживает себя, как в свое время изжили себя античная литература, греческий язык и латынь. Сторонники этой точки зрения утверждают, что в век информатизации и бурного развития новых технологий опыт литературных героев XIX века уже не актуален. Что вы думаете по этому поводу?

– Конечно, я с этим не могу согласиться. Потому что времена меняются, меняются нравы и образ жизни, но что-то сутевое в жизни людей остается неизменным. Это так называемые вечные вопросы. И в этом смысле Толстой и Достоевский, на мой взгляд, навсегда останутся голосом совести. Альберт Эйнштейн говорил, что писатель Фёдор Достоевский дал ему для творчества больше, чем все математики мира.

 – На ваш взгляд, старшеклассник в 16-17 лет способен проникнуть в глубину таких сложных характеров, как Раскольников или Пьер Безухов?

– А мы, учителя, для чего? Мы же помогаем им в этом, вместе пытаемся понять. Я считаю, что, даже если школьник не поймет во всей глубине авторский замысел, со временем он ему раскроется и принесет свои плоды. Когда-нибудь он найдет там ответы на свои вопросы. Мы же говорим о думающих детях? Сейчас многие увлекаются психологией, на темы человеческих отношений выпускается огромное количество книг, предлагаются видеолекции и тренинги. А я считаю, что можно обойтись и без этого. Достаточно прочесть Толстого и Достоевского, чтобы научиться отличать истинное от ложного, различать оттенки жизни. Поэтому пусть даже не у всех учеников хватит сил и желания дочитать до конца, но хотя бы прикоснуться к этому должен каждый. Сколько раз я слышала от взрослых людей, что в школе они не могли понять, например, того же Булгакова с его «Мастером и Маргаритой». Но во взрослом возрасте возвращались к нему и восхищались мудростью того, что им открылось.

Беседовала Галина ГАЕВА

Фото vk.com

 

#учитель_будущего