От токарного станка до пульта управления

В этом году крупнейшее предприятие республики – Монди Сыктывкарский ЛПК отмечает свой полувековой юбилей. «Республика» продолжает посвященный этой дате цикл публикаций о династиях лесопромышленного комплекса, о тех, кто стоял у истоков бумагоделательного производства и передал трудовую эстафету своим детям и внукам.

На новом месте

Супруги Федор и Зинаида Кононовы приехали в Эжву за два года до введения в строй целлюлозно-бумажного комбината, в разгар его строительства. До этого семья проживала в городе Приозерске Ленинградской области, где тоже находился ЦБК, принадлежавший до войны финнам. Правда, как говорит Зинаида Назаровна, комбинат был уже на последнем издыхании, да и с жильем для рабочих были проблемы. Супруги подумывали поискать счастья в других краях. А тут из газеты узнали о комсомольско-молодежной стройке в Сыктывкаре. В 1967 году глава семейства поехал на разведку на север. Устроился разнорабочим на стройку. Через год получил трехкомнатную квартиру в новом панельном доме по улице Слободской и вскоре перевез семью.

– С нашего предприятия из Приозерска тогда много людей приезжали сюда посмотреть, но мало кто остался, – рассказала «Республике» Зинаида Кононова. – Потому что среди них были в основном специалисты бумагоделательного производства, а комбинат еще строился и потому в основном требовались рабочие специальности.

Дочь Зинаиды Назаровны – Елена Хабарова вспоминает, что приехали они из Приозерска в Эжву поздней осенью. В Ленинграде снега еще не было, а здесь уже холод и снег.

– Я тогда во второй класс ходила, – рассказала она. – Здесь еще была Слобода, одни деревянные дома. Новых панельных – только три, наш в том числе. Кругом сплошная стройка и вырытые под сваи котлованы. Мы с детьми все стройки облазили, заняться-то нечем было – для досуга еще ничего не построили. Осенью и весной – грязь непролазная, только в резиновых сапогах и ходили. Сначала я училась в 22-й школе, она уже была во втором микрорайоне. Потом, когда микрорайон наш разросся, построили школу №37, и я перешла туда. Помню, летом 1973 года поехали мы в отпуск на Смоленщину, на родину мамы. Вернулись – а у нас асфальт положили. Это для нас такой праздник был! А то ведь грязь надоела до ужаса.

Еще в юности Зинаида Кононова получила профессию токаря. В Сыктывкаре она устроилась на работу по этой специальности в ремонтный цех СЛПК. Летом многие работники ушли в отпуска, и, как говорит женщина, «на ТЭЦ схватились, что токарей не хватает: кто в декретном отпуске, кто в трудовом». Начальство комбината решило одного человека забрать из ремонтного цеха на ТЭЦ.

– К нам в ремонтный цех пришел начальник ТЭЦ, ходил от станка к станку и рассматривал готовые детали. А потом подошел ко мне и говорит: «Пойдем ко мне работать». Мне, честно говоря, не очень хотелось куда-то идти. Я в первое время вообще тосковала по Приозерску, мне казалось, там все лучше – и начальство, и коллектив. И менять что-то, только обосновавшись на одном месте, не было желания. Но решила все же сходить – посмотреть, что за работу мне предлагают. Пока мы с ним шли до ТЭЦ, он мне говорит: «А ты переходи к нам насовсем». А я в ответ: «Посмотрим, что у вас за цех». А цех оказался светлым, со множеством окон на южную сторону – не то что на РМЗ. Там-то темень, дневного освещения на токарном участке не было. В общем, мне понравилось. Я и осталась. Так до самой пенсии и проработала, – поделилась собеседница издания.

Издержки продовольственной программы

На вопрос, что делают токари на ТЭЦ, Зинаида Назаровна отвечает: «Ой, без работы не сидели! Чтобы каждый раз в ремонтный цех не обращаться, у нас была своя мастерская, где стояли токарные и фрезерные станки, и даже кузница своя имелась. Вышла из строя какая-то деталь – прямо на месте ее и вытачивали. В общем, на ТЭЦ мы сами себя обслуживали».

Елена Хабарова вспоминает, что не раз бывала у мамы в цехе, где все ей казалось очень интересным: шум станков, выходящая из-под резца кудрявая металлическая стружка, рождающиеся из обычной болванки детали.

– Раньше можно было спокойно попасть в цех, – поясняет она. – Я говорила на проходной, что мне нужно к маме пройти, и меня пропускали. А сейчас посторонний туда не пройдет, на входе – охрана.

На пенсию Зинаида Кононова ушла в 63 года. Говорит, что еще бы поработала, потому что работу свою очень любила, да наступили трудные постперестроечные годы, когда полки магазинов опустели, и, чтобы прокормиться, Кононовы начали выращивать на даче кур, кроликов и коз, за которыми нужен был постоянный уход. Тогда Зинаида Назаровна и ушла с производства.

Накрепко связал свою судьбу с комбинатом и муж Зинаиды Федор. Сразу после открытия предприятия он пришел в сульфатно-целлюлозное производство или, как это называли на СЛПК, в варочный цех. В цехе из щепы варят целлюлозу, которая потом идет на производство бумаги и картона. Так же, как и жена, он проработал на одном месте до пенсии. На заслуженный отдых Федор Кононов ушел почти одновременно с женой. К тому времени дети уже выросли, жили своими семьями, пенсии им на жизнь хватало, и супруги решили, что займутся на даче натуральным хозяйством.

– Когда с прилавков магазинов все исчезло и продукты начали выдавать по талонам, мы не почувствовали всех тягот того периода, потому что у нас все было свое: молоко, яйца, мясо, овощи. Мы и сами жили, и детям помогали. Но что стоит отметить: когда в 90-е были задержки зарплаты, когда многие бюджетники и предприятия ждали ее месяцами, на СЛПК зарплату всегда выдавали вовремя, – рассказывает Зинаида Кононова.

Но как только стало чуть полегче, в магазинах появились продукты, муж заявил: «Надоело мне дачей заниматься, на работу хочу!» И вновь вернулся в свой цех. Только долго поработать ему не удалось. В 1999 году Федора Кононова не стало.

Из ателье – в лабораторию

Елена после окончания школы не думала связывать свою жизнь с СЛПК. Ее больше привлекало моделирование одежды, нравилось шить. Она окончила училище по специальности «мастер по пошиву женской одежды» и устроилась на работу в ателье при комбинате бытового обслуживания, который эжвинцы называли попросту «блоком» за то, что там были сконцентрированы все бытовые услуги. Однако перестройка все изменила в ее жизни. Новые хозяева жизни – предприниматели – постепенно начали выкупать помещения «блока», и служба быта потихоньку стала сдавать позиции. В условиях наплыва турецкого и китайского товара люди начали отказываться от индивидуального пошива. Вскоре ателье закрылось, и Елена осталась без работы.

Потеря работы и отсутствие перспектив повергли молодую женщину в уныние.

– Я ей как-то звоню, спрашиваю: «Дочь, ты где сейчас работаешь?» А она мне грустно так отвечает: «Нигде не работаю», – вспоминает Зинаида Назаровна. – Пришлось мне обратиться с просьбой к своему начальству, чтобы подыскали работу для Лены.

Просьбу ветерана СЛПК уважили, ведь Зинаида Кононова была в числе лучших работников, постоянно побеждала в соцсоревнованиях, имела награды за свой труд. Елену приняли в лабораторию ТЭЦ. Новой специальности она обучалась уже на рабочем месте – каждые два часа брала пробы воды и топлива на анализ. Первое время после ателье было непривычно: большое производство, много шума. В те годы таких условий, как сейчас, в лаборатории не было. Лаборатория находилась посреди станции: с одной стороны котлы, с другой – турбины. Вентиляции не было, летом в помещении стояла удушающая жара. Сейчас лаборатория совсем другая, ее перенесли в новое помещение, работать в ней очень комфортно.

– И график работы изменили, – говорит Елена. – Сначала мы по 12 часов работали в две смены, а сейчас сделали три смены по восемь часов.

В лаборатории ТЭЦ Елена трудилась 25 лет, прошлой осенью ушла на пенсию. Мать и дочь не скучают: Елена нянчится с внуками и занимается своим любимым делом – принимает заказы на пошив. А Зинаида Назаровна освоила вышивку крестом. Вышитые ею подушки и картины в рамках украшают дом.

В сердце комбината

Однако связь со ставшим родным предприятием в семействе Кононовых – Хабаровых не оборвалась. Сегодня на Монди СЛПК работает сын Елены и внук Зинаиды Назаровны Василий Хабаров.

– Это мы простые работяги, а он-то у нас ученый, – гордится внуком бабушка, имея в виду его высшее образование.

В 2003 году после окончания целлюлозно-бумажного техникума Василий пришел на СЛПК. В техникуме он получил специальность теплотехника, но успел поработать и слесарем, и машинистом-обходчиком. Работу свою полюбил, еще когда проходил практику. Уже тогда решил, что будет учиться дальше. В Вятском государственном университете он получил специальность «Промышленная теплоэнергетика» и сейчас тоже работает на ТЭЦ.

Василий Хабаров следит за параметрами работы ТЭЦ на пульте управления, чтобы каждый узел работал без сбоев.

– Все процессы у нас автоматизированы. Если обнаруживаем сбой, сразу устраняем проблему либо переходим на резервное оборудование. При этом стараемся оперативно локализовать, чтобы потребитель не пострадал. А то ведь мы отключимся, так и комбинат остановится. Этого нельзя допускать, – рассказал собеседник.

ТЭЦ – одно из важнейших подразделений предприятия, можно сказать, его сердце. Она дает пар для сушильных машин, воду для нужд производства. В общем, на СЛПК почти все завязано на теплоэлектроцентрали. По словам Василия Хабарова, когда на предприятие пришли новые хозяева, такое устройство комбината было для них в новинку:

– В Европе были только БДМ, энергию они брали от других предприятий, целлюлозу тоже поставляли с других. А у нас тут, можно сказать, три в одном, весь цикл производства бумаги от начала до конца представлен. От вырубки леса до БДМ, где целлюлозу превращают в бумагу.

Когда Василий Хабаров только пришел на комбинат, оборудование было еще то, которое устанавливали в 1969 году. Производство требовало серьезных вложений. Новые владельцы начали модернизацию производства.

– У нас на ТЭЦ построили новый содорегенерационный котел, сейчас котлы по сжиганию коры заменяют, – рассказал мужчина. – Уже везде есть кондиционеры, спецодежда для всех обязательна. Служба безопасности строго следит, чтобы никакого травматизма не было. Без каски нельзя ходить. Раньше, конечно, это было проще, сейчас многое под запретом: все-таки стратегически важный объект, кругом машины, не дай бог кто куда попадет.

Василия Хабарова на Монди СЛПК знают и уважают не только как хорошего специалиста, но и как активного физкультурника, который принес команде ТЭЦ уже огромное число грамот и спортивных наград. Руководство Монди СЛПК очень поддерживает здоровый образ жизни своих сотрудников. Спорткомплекс «Бумажник» для работников комбината предоставляет хорошие скидки на абонемент в спортзал. Регулярно проходят спартакиады по разным видам спорта. Команды всех производственных цехов соревнуются друг с другом, в течение года зарабатывают очки. А в конце года руководство предприятия чествует победителей спартакиад, награждает денежными премиями, грамотами. Василий Хабаров в числе таких награжденных бывает ежегодно.

Галина ГАЕВА

Фото автора