Жизнь на плоту, или В ожидании охоты

В академическом театре драмы имени Виктора Савина прошли премьерные спектакли трагикомедии «Утиная охота» по известной пьесе Александра Вампилова. Спектакль поставил главный режиссер театра Юрий Попов в соавторстве с главным художником театра Эрихом Вильсоном и балетмейстером Светланой Скосырской.

Это первая крупная постановка Юрия Попова в должности главного режиссера. Светлану Скосырскую зрители знают по работе в спектакле «Свадьба с приданым-2» в постановке Вячеслава Кушнира. Участие хореографа в «Утиной охоте» помогло найти ход для решения и переосмысления хорошо известного классического материала. Музыкально-пластическое решение гармонизирует для зрителя пространство, в котором соседствуют реальное время и время прошедшее – события, которые живут в помутненном сознании приходящего в себя после пирушки Зилова (Денис Рассыхаев).

Несмотря на структурную и психологическую сложность, пьеса «Утиная охота» всегда привлекала как театральных режиссеров, так и мастеров отечественного кинематографа. Сразу вспоминается фильм Виталия Мельникова «Отпуск в сентябре» с Олегом Далем в главной роли. Как бы там ни было и в какое временное пространство режиссеры бы ни погружали героев, самое сложное – не просто интересно представить историю «лишнего человека» и рефлексирующего интеллигента Зилова, но и заставить зрителя сопереживать герою, для которого, кажется, не существует никаких общепринятых ценностей.

Интересное сценографическое решение нашел художник спектакля Эрих Вильсон. Пространство Зилова – это плот или остров в «житейском море», который при мгновенной смене декораций превращается то в квартиру, где празднуется новоселье, то в кафе «Незабудка», где происходят значимые события и где Зилов появляется с новыми женщинами, то в бюро технической информации, где работает герой. Окно – единственное светлое пятно, которое служит и выходом в мир, недаром время от времени Зилов как бы порывается шагнуть в другую жизнь. Но вот окно затягивает ливень, разрушая его последнюю иллюзорную мечту поехать на охоту.

Многое в спектакле проговаривается языком пластики. Движения и жесты порой больше, чем слова, передают душевные порывы героев, их характеры и помыслы. В изломанной графике тонкой, беззащитной Галины (Елена Аксеновская) зритель видит человека, растоптанного предательством. В линиях нервной, резкой Валерии (Ольга Родович) – женщину, вынужденную ежеминутно держать под контролем своего ветреного муженька (Владимир Рочев). В раскованности кошачьих округлых движений Веры (Вероника Калуга) – разуверившуюся в любви и бросающую вызов всем мужчинам вчерашнюю любовницу Зилова. В угловатых, полудетских движениях Ирины (Людмила Мелехина) – доверчивость и жажду первой любви, которая также будет сломана Зиловым. В точной, рассчитанной, кажется, до сантиметра пластике официанта Димы (Константин Карманов) – достоинство и опыт держаться ото всех на выверенной годами дистанции. Разными линиями-мазками играет начальника Кушака опытный актер Михаил Липин. По всему видно, что он весьма ироничен по отношению к своему герою и не прочь простить ему маленькие слабости в виде ухаживания за Верой.

Музыка – перемежающиеся марши и танго в спектакле, кажется, не утихают ни на минуту. Один из самых эффектных моментов – танго Зилова и Галины, которая держит в руках кусок льда. Тающий лед – брызги на фоне темно-синих портьер создают почти сюрреалистическую картину сиюминутности бытия. Лед – как символ тающего счастья, в финале танца остатки его вдребезги разбиваются об пол, уже ничего не спасти.

Все актерские работы были сыграны стильно, максимально выложился и Денис Рассыхаев. Тем не менее мнения по поводу образов героев у представителей художественного совета не совпали. Как отметил один из экспертов, Зилов, скорее всего, в представлении зрителей так и останется мелким пакостником, не пережившим раскаяния, а соответственно, он не может вызвать сочувствия зрителя. Зилов же Вампилова, пройдя через муки душевного терзания, все же становится другим. Впрочем, как отметил на встрече с журналистами режиссер Юрий Попов, работа над спектаклем будет идти постоянно, так что, возможно, в финальной сцене появятся более весомые аргументы в защиту главного героя.

Марина Щербинина
Фото Дмитрия Напалкова