Сергей Довженко: «Коми няня воспитала детей писателя Сергея Фуделя»

Судьба известного русского религиозного мыслителя и писателя Сергея Фуделя оказалась связана с Коми краем. В 1923 году его сослали в Усть-Сысольск. Вслед за ним приехала его невеста Вера Сытина. Они обвенчались в столице молодой Коми автономии. Няней всех троих детей Сергея и Веры Фудель стала простая коми женщина Матрона Лучкина. Она уехала с семьей в Москву, а дети и взрослые звали ее просто Мунечка. Родом из сысольского села Вотча, Матрона в детстве сбежала в Кылтовский монастырь, была там монахиней, а последние 35 лет своей жизни прожила в семье Фуделей. В этом году о «незаметной» жизни Матроны Лучкиной была написана документальная повесть «Сердце, жалеющее всех людей». Ее автор Сергей Довженко рассказал «Республике» о том, чем его привлек образ коми женщины.

– В республике вас знают немногие. Расскажите о своем писательском пути.

– С самых ранних лет две вещи овладели мной на всю жизнь. Это литература и путешествия. Еще, пожалуй, история и краеведение тоже как-то всегда влияли на прочие мои занятия. Всегда хотелось, да и до сих пор хочется везде лично побывать, а уж свою-то малую родину – Москву и Подмосковье – узнать получше. Убегать из дома и странствовать с разрешения родителей я начал лет в четырнадцать. А когда мне исполнилось двадцать, я записался в стажеры Московского клуба туристов и с 1989 года стал проводить походы и поездки с познавательным элементом. И вот я занимаюсь этим уже тридцать лет. Свои экскурсии сопровождаю лекциями, которые «выросли» в микроисследования. А в какой-то момент появилась потребность их оформить и даже издать. Так появились мои книги: два исследования о Михаиле Пришвине «Счастье никак не связано с удачей» и «Собор живых», потом книга «Отсветы грядущей весны», «Сокровенный сердца человек», «Земное отраженье Рая». Брошюры «На пути к храму» и «Записки странствующего певчего» напрямую связаны с тем, что моей основной работой стало церковное служение.

Сейчас пою и регентую в храме, а в своем подмосковном приходе возглавляю клуб пеших паломнических походов для всех желающих.

– Чем был вызван ваш интерес к личности Матроны Лучкиной?

– Еще четверть века назад я впервые прочел золотые строки Сергея Фуделя, церковного писателя эпохи гонений. И все эти годы и десятилетия меня не оставлял глубокий интерес к наследию Фуделя, к судьбе самого Сергея Иосифовича и к его окружению. И как-то по-особенному мне стал близок духовный облик няни всех троих детей писателя.

Сам Сергей Фудель в книге «У стен Церкви» пишет о Матроне Лучкиной так: «У нее было сердце, жалеющее всех людей». Эти слова писателя я сделал названием новой книги. Если говорить о главной характеристике Матроны Петровны, то вряд ли скажешь лучше, да это и во все времена самое нужное для нас – «стараться всегда и везде сохранять тепло сердца, зная, что оно будет нужно кому-то еще, что мы всегда нужны кому-то еще» (из воспоминаний Сергея Иосифовича). В последней главе книги «Сердце, жалеющее всех людей» я написал, что, уже будучи смертельно больной, няня Матрона стремилась быть хоть чем-то полезной для семьи, в которой она прожила целых 35 лет и вместе с женой Сергея Иосифовича (он появлялся в доме в короткие промежутки между своими тюрьмами и ссылками) вырастила всех троих их детей. Другие черты ее облика, дающие более полное представление об этом человеке, и все известные факты ее биографии я осветил в книге, насколько это было возможно.

– Какими источниками вы пользовались при работе над книгой?

– Художественных и мемуарных свидетельств о личности и судьбе почти никому не известной простой няни детей репрессированного писателя, который к тому же еще и как следует не прочитан, конечно, немного. Большая часть сведений содержится в первом томе трехтомного собрания сочинений Сергея Фуделя.

Остальное собиралось по крупицам. Конечно, постоянно приходилось обращаться к всевозможным справочным интернет-ресурсам, ведь судьбу героини надо было проследить в контексте эпохи, дать будущему читателю основные сведения о не слишком известных местах и людях, вовлеченных в повествование.

Хотя кое-какие новые архивные находки использованы и в этой книге, но с архивами я работал мало. Во-первых, в этом плане много потрудились биографы Фуделя, протоиерей Николай Балашов и литературовед Людмила Сараскина. Во-вторых, книга о Матроне Лучкиной изначально задумывалась как хоть и строго документальная, но вместе с тем и художественная повесть, поэтому я сознательно ограничивал рамки своего исследования, памятуя еще и о том, что до сих пор не создана книга о необыкновенно интересной семье Фуделей, но есть надежда дождаться этого в близком будущем. Вот тогда и пригодятся неразобранные архивы, например, писем сына Сергея Фуделя, Николая, к сестре Марии. Кажется, искомого результата удалось достичь: от читателей и рецензентов рукописи книги приходят единодушные отзывы, что книга живая и теплая.

Вот что писал о няне сам Сергей Фудель: «У нас жила близкая нам простая женщина. Она была когда-то инокиней (сама ушла от родителей в монастырь, когда ей было лет 11-12), но в это время ничем внешне от нас не отличалась и посты не очень соблюдала. Но у нее было сердце, жалеющее всех людей».

– Были ли вы в Коми крае?

– Нет, еще не доехал, много лет все подбираюсь.  Но к вам собираюсь, особенно теперь, когда готова рукопись книги об уроженке Вотчи, к тому же насельнице Кылтова. Другие места ее жизни, Сергиев Посад и Усмань, мне хорошо знакомы.

У меня возникало естественное желание проехать на этапе подготовки книги и по родным местам Матроны Петровны в Зырянском крае, но, во-первых, я осознаю, что это очень мало прибавило бы к намеренно компактному, живому и не сверх меры «научному» повествованию, а во-вторых, пока нет на это ни времени, ни возможности. Но все же поставил себе целью не в этом году, так, может, в следующем путешествие. Так что ждите в гости.

Матрона (Матрена) Петровна Лучкина – коми-зырянка. Родилась в 1881 (или 1885) году в сысольском селе Вотча. С 1898 года жила в Крестовоздвиженском монастыре в Кылтово. Год облачения в рясофор – 1907. Грамоте училась в монастыре, занималась клиросным пением, шитьем одежды. С 1923 года жила в семье репрессированного писателя Сергея Фуделя, воспитала троих его детей. Умерла в 1959 году в Усмани.

– Кому будет интересна книга о Матроне Лучкиной?

– Смею предположить, что многим. Вашим землякам, неравнодушным к истории родного края и жизни своих предков. Историкам, для которых книга представляет определенную ценность и может побудить их к новым исследованиям. Молодым людям, еще только ищущим смысла жизни, так как Матрона Лучкина и другие герои книги могут послужить нравственными маяками. Православным христианам, которые, возможно, откроют для себя какие-то новые грани служения Богу и ближнему. Вот, думается, так.

– Что вас больше всего поразило в ее биографии?

– Наверное, самой большой удачей было обнаружить имя Матроны Лучкиной в списках ста с лишним насельниц Кылтовской обители. А ведь до этого списка надо было еще как-то докопаться. Ну и еще много было подобных моментов. Есть, пожалуй, такой биографический факт. Я его привожу и комментирую в последней главе книги. Два духоносных наставника в разные периоды жизни Сергея Иосифовича, в 1922 и 1939 годах, благословляли его стать священником. И оба раза он отверг это благословение. А в середине 1950-х, когда вопрос принятия священства встал перед ним в третий раз, то почти никому, кроме Фуделей, не известная старенькая няня высказывает противоположное мнение – и Сергей Иосифович, не послушавшийся двух старцев, соглашается с этой простой женщиной и поступает по ее совету: не принимает священного сана. Через несколько месяцев он начнет и до последних лет будет создавать свои литературные работы, выдержавшие проверку временем. То есть Матрона Петровна стоит у истоков писательства Сергея Иосифовича Фуделя.

– Далеко не все читатели знают, кто такой Фудель.

– Это необычный писатель. Годы его жизни – с 1900 по 1977. Исследователи порой называют Сергея Иосифовича богословом, хотя этот титул может быть отнесен к нему, наверное, меньше всего. Может быть, более правы те, кто отводит ему роль проповедника. И все равно больно уж необычна эта «проповедь» автора-мирянина. Если не считать имеющих безусловную ценность монографий Фуделя о Достоевском, об отце Павле Флоренском, о Божественной литургии, если не касаться его святоотеческой антологии «Путь Отцов», остальные почти два тома фуделевских сочинений по большому счету исповедь христианской души, свидетельство о Церкви верных и духоносное слово к современному человеку о вечной Истине, для которой Сергею Иосифовичу с его силой литературного таланта удалось найти свои, свежие, неповторимые образы и открыть какие-то новые грани веры.

Сергей Иосифович Фудель (1900-1977) – православный богослов, философ, духовный писатель, литературовед. Неоднократно репрессирован по политическим мотивам, был в лагерях и ссылках. Отбывал ссылку в Усть-Сысольске и Княжпогосте (1923-1925). Фудель знал семь языков, в том числе английский, его супруга – пять. Сергей Фудель был одним из любимых писателей Александра и Натальи Солженицыных.

– Каким образом он связан с Коми краем?

– Здесь он отбывал первую из трех своих ссылок – за выступление против «живоцерковников», или обновленцев, призванных безбожной властью разрушить церковь изнутри. В 1922 году юного Сергея Фуделя арестовывают под Москвой и доставляют на Лубянку. В том же году приговаривают к ссылке в Зырянский край сроком на три года. На исходе зимы 1923 года Фудель в составе партии ссыльных добирается до Усть-Сысольска. Весной к Сергею Иосифовичу приезжает из Москвы его невеста Вера. 23 июля 1923 года на временной усть-сысольской квартире ссыльного епископа Афанасия (Сахарова) состоялось венчание Сергея и Веры. Ради рождения первенца Вера Максимовна надолго расстается со своим ссыльным супругом и возвращается в Москву. А в следующем, 1924 году Фуделя переводят в село Княжпогост, где Сергею Иосифовичу придется прожить, работая помощником бухгалтера (эта специальность была освоена в зырянской ссылке), до мая 1925-го, когда он будет досрочно освобожден – хоть и всего-то на несколько лет, до следующей из трех своих «посадок».

– Встречались ли вы с людьми, которые лично помнили героиню вашей книги?

– Мог бы, когда они были еще живы. Это дети Сергея Иосифовича. Но все они ушли из жизни один за другим. Последней – младшая дочь Варвара Сергеевна, в 2015-м. В свое время я с ними так и не познакомился, хотя ехать было куда ближе, чем в Республику Коми, – Липецк, Москву. А книга задумана только в нынешнем, 2020 году. Хорошо, в Москве живет внучка Сергея Фуделя, Мария Николаевна Астахова (Фудель). Няня Матрона скончалась в 1959 году, когда Маше Фудель было неполных три года, но в памяти девочки остался незабываемый образ няни ее отца и теток. Все, что помнит, она прислала, и ее строки вошли в книгу.

– Как и когда вы планируете издать книгу?

– Редактирование рукописи уже закончено. Ищу заинтересованного издателя. Ценность этой работы я преуменьшать не склонен. Это яркий срез истории Отечества. Да и никто до этого не интересовался биографией обычной няни детей писателя Фуделя. Книгу нужно либо издавать на родине Матроны Лучкиной, и физической, и духовной – в Республике Коми, либо там, где она жила последние месяцы, скончалась и похоронена, то есть в Липецкой области.

Беседовал Артур АРТЕЕВ

Фото предоставлены Сергеем Довженко