Чугунные кружева из Нювчима

234 года в коми глубинке проработал чугунолитейный завод

Более двух с половиной веков назад был пущен в строй Нювчимский чугунолитейный завод. И проработал он до 1995 года. Невозможно подсчитать, сколько за этот период здесь было отлито разнообразных изделий из чугуна. Их и сейчас можно встретить на улицах Сыктывкара – канализационные люки, литые заборные решетки. Помимо этого, Нювчим стал единственным местом в Коми крае, где занимались художественным литьем из чугуна. Самая большая коллекция изделий нювчимских мастеров собрана в Национальном музее РК. Корреспондент «Республики» побывал в Нювчиме и побеседовал с немногими оставшимися здесь ветеранами производства.

Болотная руда

На территории Коми края раз­витие горнорудного производства началось еще в XIV веке. В 1569 году московским купцам было дано разрешение на поиски же­лезной руды на реках Вычегде и Сысоле и на строительство там же­лезоделательных заводов. Добыча шла десять лет. Но так как завода в Коми крае построено не было, а вся руда вывозилась в Англию, то Иван Грозный запретил даль­нейшую разработку месторожде­ний. Первый небольшой железо­делательный завод был постро­ен в Жешартской волости в 1730 году крестьянами Кузьмой Модя­новым и Петром Москательнико­вым. На заводе делали длинные узкие полосы железа для изготов­ления црен – специальных сково­род для вываривания соли в Сере­гово.

В 1750-х годах устюжские купцы Панов и Плотников нашли в бассейне Сысолы месторожде­ния железной руды. В 1754 году они обратились в Берг-коллегию с просьбой о разрешении на стро­ительство завода. Разрешение было дано, и в 1757 году началось строительство завода при слия­нии рек Нювчим и Дендель. Стро­или из кирпича, который тут же и производили. В 1761 году завод был пущен в строй. Вместе с Ка­жимским и Нючпасским заводами он стал одним из первенцев инду­стрии в Коми крае. Но только он намного пережил те два завода, и только в Нювчиме занимались художественным литьем из ме­талла. При заводе вырос поселок, куда приехали работать обучен­ные заводскому мастерству госу­дарственные крестьяне Вятского и Великоустюжского уездов. Так­же на производстве были заняты временные работники из местных крестьян. Они добывали и возили на производство руду, рубили лес, выжигали уголь и выполняли под­собные работы. Брали на работу и беглых крестьян, укрывавшихся от рекрутчины или совершивших какие-либо уголовные преступле­ния. Неудивительно, что в 1774 году в Нювчиме вспыхнули вол­нения, которые очевидцы срав­нивали с прошедшим в те годы Пугачевским восстанием. Толь­ко масштабы были поменьше: не­сколько рабочих избили на улице представителей заводской адми­нистрации, а затем вооруженные крючьями, топорами и палками с азартом били окна в заводской конторе. В дело вмешались уезд­ные власти: прибывшие на завод военные водворили порядок и арестовали зачинщиков бунта.

За свою долгую историю за­вод неоднократно менял владель­цев. Основной его продукцией были чугун и железо. После 1776 года здесь стали изготавливать орудийные снаряды, якоря, чугун­ный балласт для кораблей, листо­вое и штыковое железо. В 1856 году завод был выкуплен извест­ным российским промышленни­ком, владельцем ряда железоде­лательных и чугуноплавильных предприятий Дмитрием Бенар­даки (ставшим прототипом одно­го из героев поэмы Гоголя «Мерт­вые души»). В годы Первой миро­вой войны завод поставлял бал­ласт для кораблей и корпуса для мин (один такой корпус был най­ден в поселке в минувшем году). С 1914 по 1916 год выпуск чугуна и железа в Нювчиме достиг наивыс­ших объемов.

Кабинетное литье

В 1880-е годы на предприя­тии освоили художественное ли­тье, ставшее визитной карточкой Нювчима. Художественное ли­тье, получившее название каби­нетного, представлено скульпту­рами, бюстами, ажурными полоч­ками, декоративными тарелками, рамками для портретов, шкатул­ками, пепельницами, спичечница­ми, подсвечниками, чернильница­ми, рамками и другими предмета­ми, украшавшими интерьеры до­мов. Свою роль в массовом рас­пространении этих изделий сы­грала их невысокая стоимость по сравнению с бронзовыми. Нюв­чимские женщины славились сво­им мастерством плести кружева из нитей, а заводские мастера от­ливали кружева из чугуна. И эти кружева, как обычные, так и чугун­ные, в конце позапрошлого столе­тия стали традиционным украше­нием в домах жителей Коми края. Для тиражирования мастера вы­бирали предметы, разработан­ные на крупных чугунолитейных заводах в городах Касли и Куса. Это были бюсты русских писате­лей, Наполеона, ряда российских царей (а затем вождей советского государства, Кирова, Свердлова), декоративные тарелки, слоники, лошадки. И по сей день во многих домах Нювчима можно встретить местные чугунные украшения. В 1896 году продукция завода была удостоена серебряной медали на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Ниж­нем Новгороде.

Закат производства

В 1918 году завод был нацио­нализирован. В советские време­на предприятие продолжало вы­пуск продукции военного и хо­зяйственного назначения, а ма­стера продолжали «плести» чугун­ные кружева. В годы Великой Оте-чественной войны на заводе от­ливали корпуса для гранат, делали походные кухни, сани, телеги, де­ревянную мебель, школьные пар­ты и даже коромысла. Предприя­тие поражало своей всеохватно­стью. До 1950-х годов при заво­де работал зеркальный цех. Так­же здесь были эмаль-цех, лесо­пильный, литейный, механиче­ский, обозный, склад по разделке леса, подсобное хозяйство, элек­тростанция, конюшня, заводская баня, столовая, котельная. До се­редины 1970-х в пяти километрах от поселка, на Сысоле, находилась пристань. Сюда на баржах при­возили сырье для завода. Кста­ти, местные руды оказались ма­лоперспективными, и в советское время завод работал только на привозном сырье. Руду везли сна­чала из Тулы, затем из Черепов­ца. Доставляли чугун в двухпудо­вых чушках. В начале 1980-х за­вод посчитали убыточным, и ста­вился вопрос о его закрытии. Но все-таки было решено его рекон­струировать. В 1988 году был воз­веден новый корпус, начался мон­таж литейного оборудования. За­тем началась перестройка, и пре­кратилось финансирование ра­бот. В 1993 году завод был про­дан в частные руки. Результат ока­зался плачевным – через два года старинное производство было за­крыто. Работать стало негде, в ито­ге за прошедшие двадцать лет на­селение поселка сократилось поч­ти втрое.

Заводской гудок

Сегодня историю завода и из­делия местных мастеров собира­ет поселковый библиотекарь Анна Недорезова.

– Явыросла в Нювчиме и всег­да интересовалась историей заво­да, – рассказала она «Республике». – С детства хорошо помню звук заводского гудка. С утренним гуд­ком рабочие спешили на работу, а после полуденного шли на обед. В праздники тоже звучал гудок. Мои дедушка и бабушка работа­ли на этом заводе, а мама – Татья­на Райхерт – начальником цеха. В школьные годы мы проходили на заводе практику: после уроков я приходила в горячий цех, любова­лась искрами от чугуна, смотрела, как заливальщики несут чугун в ковше к приготовленным опокам (формам). А в горячий цех детей не пускали. Яхоть и была малень­кой, знала, что во время заливки чугуна ходить по цеху очень опас­но. Что мне запомнилось боль­ше всего, так это земляной пол, рабочие-заливальщики, женщи­ны в кирзовых сапогах, доменная печь с искрами и мрачный горя­чий цех. С тех пор прошло много времени, завод закрыли, а инте­рес к нему не пропал. Несколько лет назад, готовя очередной ма­териал про завод, я начала соби­рать для выставки его изделия. За восемь лет собралась маленькая коллекция кабинетного литья, и не только. В ближайшем будущем в библиотеке откроется краевед­ческий центр, где каждый желаю­щий сможет прикоснуться к исто­рии поселка Нювчим, а также по­любоваться раритетами художе­ственного литья.

Как рассказала наша собеседни­ца, сейчас в поселке осталось всего семь человек, которые работали на заводе. Это Нина Забалуева, Зина­ида Берест, Лидия Карманова, Зоя Ненева, Валентина и Василий Оси­повы, Ангелина Мясникова.

Мы побеседовали с 76-летней Ниной Забалуевой и ее ровесни­цей Зинаидой Берест. Обе пенсио­нерки проработали на заводе бо­лее тридцати лет – с 1959 по 1991 год. В Нювчим попали семнадца­тилетними девушками по распре­делению после окончания ФЗУ в городе Кирове Калужской обла­сти. Обе работали на заводе фор­мовщицами в литейном цехе. По­мимо формовщиков, на производ­стве работали литейщики, зали­вальщики, выбивальщики, обру­бочники, чистильщики и прочие.

– Мы даже не представляли, куда едем, – рассказывает Зина­ида Берест. – Никак не могли за­помнить название поселка. Ди­ректор училища вызвал нас и ска­зал, что нужно ехать в Коми АССР. Так, девять человек из нашей груп­пы отправили в Нювчим. Родите­ли наши только рады были, что мы вырвемся из колхозной жиз­ни и получим паспорта. В учили­ще мы учились работать на совре­менных механизмах, а в Нювиме пришлось осваивать ручной труд. Делали в основном крышки ка­нализационных люков и затвор­ки для печи. Хотя выполняли и бо­лее сложные заказы. Вот ажурную решетку ограды возле столичного ЦУМа я делала.

Как вспоминают ветераны производства, уже после того как они вышли на пенсию, завод ку­пил Эдуард Богданов. Потом все разваливалось. Часть имуще­ства распродали, часть растащили местные жители. По словам жен­щин, зарплату на заводе платили хорошую (до 300 рублей), но ра­бота была тяжелая. Помимо чугу­на, имели дело с алюминием. Про­изводственный план был такой плотный, что заводчане работали в две смены.

– С одной стороны – адская жара, а с другой – холод и сквоз­няк, – продолжают рассказ со­беседницы. – Грязь, тяжелый чу­гун. Поэтому мы не хотели, чтобы наши дети трудились на заводе. Завод все равно бы долго не про­существовал.

В Нювчиме Нина Забалуева и Зинаида Берест вышли замуж (за «самых бойких» – похвастались они). Сейчас у них уже выросли внуки, даже есть правнуки. И, бы­вая у прабабушек в поселке, они с интересом рассматривают сто­ящих на полках причудливых чу­гунных лошадок и оленей – одни из последних уцелевших изделий нювчимских мастеров.

Артур АРТЕЕВ

Фото автора