Известный мастер художественной обработки бересты Артём Чичкарёв первые уроки своего ремесла получил у легендарного Михаила Кочева. Сейчас он и сам народный мастер России, член Союза мастеров Коми, Союза художников России. Его работы экспонировались в Москве, Новгороде, Мурманске, Вологде, Саранске, а также в Финляндии, Норвегии и Швеции. В этом году в Национальной галерее Коми на выставке «Душевность наряда и тепло бересты» (экспозиция знакомила с творчеством двух народных мастеров России из Сыктывкара: Тамары Кольчуриной и Артёма Чичкарёва) было представлено около тридцати работ Артёма Чичкарёва, созданных в разные периоды. Это берестяные туеса, короба и шкатулки, а также берестяная сумка рыбака. В интервью «Республике» мастер рассказал о своем творчестве.
– Вы родились и выросли в Сыктывкаре, и в детстве, наверное, не занимались обработкой бересты. Как и когда возник интерес к этому делу?
– Первые уроки художественной обработки бересты я получил в Эжвинской художественной школе, где декоративно-прикладное искусство преподавал Михаил Степанович Кочев. Он-то мне и привил любовь к такому благодатному материалу, как береста. В дальнейшем я окончил «Школу мастера Кочева». Так получилось, что с тринадцати лет профессионально занимаюсь художественной обработкой бересты. В 2005 году мне присвоена квалификация «народный мастер России». В 2006 году получил государственную премию имени Оверина и стал «Мастером года – 2005», а в 2007 году вступил в Союз художников России.
– Передал ли учитель вам свои секреты?
– Михаил Кочев завещал нам, что готовая вещь должна быть утилитарна, технологична, сделана без применения инородных материалов, клея и спорных техник, и у нее должно быть признано художественное достоинство и виден стиль мастера. Секреты бересты, конечно, можно передать. Но только теорию, пока мастер сам не попробует что-то сделать. А на практике раскрываются секреты любого материала, будь то береста, дерево или сосновый корень.
Семьдесят процентов работы мастера – это материаловедение, знание того, как заготовить, сохранить, обработать и когда наконец-то пустить материал в работу. Например, до создания туеса необходимо заготовить берестяной сколотень – это внутренняя рубашка туеса без разреза, дерево для донышка и крышки, сосновый корень для обшивки края, можжевельник для гнутой ручки. И только тогда, когда это все подготовлено, можно приступить к изготовлению туеса.
– Имеет ли работа с берестой свои региональные особенности или у нее общероссийская традиция?
– Береста как материал бытовал во многих регионах России и мира, но ее применение было различным. Где-то это был кровельный материал для юрт или крыш, например, домов в Скандинавии, из нее изготавливали лодки и каноэ. У нас из нее делали в основном бытовую утварь для заготовки припасов на зиму.
– Видимо, это потому, что березы бывают разных видов?
– Сейчас известно порядка ста двадцати видов берез. Только в России около семидесяти видов. Береста бывает разная и по цвету – от черной до зелено-желтой, и по толщине. Разделяют бересту для пластовых вещей – таких как туеса и шкатулки, и бересту для плетения – она поддается расслаиванию на несколько пластов с последующим пропитыванием маслом и резкой на ленты. А еще есть береста, снятая с дерева по спирали. Ее сматывали в клубок и использовали для плетения больших изделий, например пестерей.
– С одной стороны, берестяные изделия экологичны, а с другой – если снять с березы бересту, то дерево гибнет. Как быть последовательным в этом случае?
– При грамотном снятии бересты – пластом не более двух метров – дерево не страдает, и береста нарастает вновь через 10-12 лет. Это подтверждают даже серии моих работ – узоры природы на вторично снятой бересте. Вторичная береста более хрупкая и не имеет выраженных характерных полосок-чечевичек. Я уверен, что и в третий раз береста нарастет. Сейчас у меня на примете есть пара экспериментальных деревьев. Чтобы проверить, вырастет ли береста в третий раз, осталось подождать пять лет.
– Как вы заготавливаете бересту?
– В наших северных краях береста заготавливается в конце июня – начале июля, когда идет активная фаза сокодвижения. Есть такая примета: когда цветет шиповник и появились оводы, то можно смело идти в лес и заготавливаться материал. Я делаю это далеко – выезжаю за город за 120-150 километров. Сама заготовка не представляет особого труда. Делается вертикальный разрез, и пласт бересты практически сам отскакивает от дерева. Самое сложное выдержать весь гнус, которым в это время кишит лес. Это комары, оводы, ну и, конечно, клещи.
– Сейчас изделия из бересты – это только сувениры на полках или бытовые предметы, которые можно использовать в современных условиях?
– Изделия декоративно-прикладного искусства – это в первую очередь утилитарность, а лишь потом красота. Все мои изделия могут применяться в прямом назначении. Например, в туесе можно хранить молоко, мед, соленья, а в шкатулках – травы или сладости. Но в жизни берестяные изделия все реже применяют в быту. Они уступают место пластику и другим неприродным материалам. А ведь береста обладает бактерицидными свойствами: молоко в таком туесе дольше не киснет, хлеб не черствеет.
– Вы сделали берестяную сумку рыбака. Говорят, что в ней можно долго хранить живую рыбу. А в боковых кармашках есть место для соли, ножика и снастей. Вы сами придумали эту вещь?
– Сумка действительно интересная. Она сделана по скандинавскому образцу, но с применением наших материалов. В основе конструкции деревянный каркас, который покрыт двумя слоями бересты. Один пласт внутри и второй – плетеный – снаружи. Аквариум, конечно, внутри сумки создать не удастся, но это и не нужно. Во-первых, вода утяжелит ношу в несколько раз. Во-вторых, рыбу обычно заворачивают в свежую траву, а в-третьих – рыбу можно просто засолить. Для этого в комплект входят солонка и нож. В крышке сумки есть отверстие с клапаном, чтобы рыба проскользнула внутрь, а клапан защелкнулся и не пустил внутрь мух и всякий сор.
– Много ли мастеров в Коми занимаются берестой? Проявляют ли молодые мастера интерес к этому виду творчества?
– Берестой у нас занимается много мастеров, но на выставочном уровне все-таки единицы. Потому что создать авторское изделие – это целая череда поисков и изготовления эскизов. Это занимает много времени, а в итоге получается всего одна выставочная работа. Проще на потоке сплести двадцать пар лаптей. Молодежь неохотно идет в эту отрасль, хотя бы потому, что нет рабочих мест. Все обычно остается на уровне хобби, а для серьезной работы нужна оборудованная мастерская, а не уголок на кухонном столе.
– Помимо бересты вы занимаетесь обработкой соснового корня. Что можно сделать из этого материала?
– Я владею многими видами декоративно-прикладного искусства помимо бересты. Это работа с сосновым корнем, плетение из ивового прута, роспись и резьба по дереву, керамика. Все это мне дало обучение в колледже культуры имени Чисталёва. В планах – освоить резьбу по кости. Пока собираю для этого нужные инструменты и материал. Из соснового корня плетут утилитарные вещи: набирушки, шкатулки, короба. Процесс заготовки корня и плетения очень трудоемкий в отличие от ивового прута, где корзинку можно сделать за полчаса. А на изготовление одного изделия из соснового корня уходит месяц.
– В век цифровых технологий особенно ценятся изделия ручной работы. Каждое из них индивидуально и несет частичку души мастера. Но чтобы выжить в условиях рынка, мастера переходят на станки и «печатают» резьбу. Чем, на ваш взгляд, отличаются изделия ручные от механических?
– Можно выделить два варианта работы: ручной авторский творческий труд и машинный бездушный, но позволяющий делать изделия серийно на потоке. Но изделия, которые выполнены на станке и которых не касались руки мастера, – мертвы. А когда вещь создает мастер, то он наделяет ее своей энергией. Мастер дает бересте новую жизнь. И тот, кто взял в руки изделие, чувствует это. Конечно, станки с ЧПУ (числовым программным управлением) творят чудеса, но ведь все, что они делают, – это красивое, но мертвое. Энергетику работ, выполненных вручную, не создать на станке. Если работа не была в руках мастера и он не наделил ее жизнью – это пустая и мертвая вещь. Я тоже осваиваю станок с ЧПУ, но для работы использую только ручной инструмент. Кстати, в Финляндии уже только единичные мастера работают с такими инструментами, как у нас. Там аналогичные инструменты скорее встретишь в музее археологии, чем в руках мастера.
– Открылись ли вам какие-то секреты бересты, о которых не знают другие мастера?
– Каждый мастер для себя открывает секреты, которые могут быть известны другим мастерам, поэтому хвастаться открытиями тут неуместно.
– Есть ли у вас свои ученики?
– Своей школы нет, но я ученик школы мастера Кочева, и есть идея возродить его школу с его именем. ↓
Беседовал Артур АРТЕЕВ
Фото автора и из архиваАртёма Чичкарёва
Спасибо за интервью!!!