Валерий Безносов: «Вместе с воспитанниками я молодею»

В ноябре Спортивная школа олимпийского резерва Республики Коми отпраздновала 75-летие. Ее история началась в 1943 году, когда в Сыктывкаре открылась городская спортивная школа. Сегодня она является старейшей в регионе, в ней готовят лыжников и биатлонистов (общий охват около 200 занимающихся). В этом же году 75-летие отметил и тренер СШОР Валерий Безносов, посвятивший подготовке лыжников и биатлонистов 48 лет. Он продолжает работать, причем сам не уступает воспитанникам в плане физподготовки. В интервью «Республике» Валерий Безносов поделился тренерскими премудростями и рассказал о том, как изменились дети за годы работы. 

– Что для вас значат лыжные гонки и биатлон?

– Это моя работа, моя жизнь. Всю жизнь я на лыжах с детьми.

– До сих пор на лыжах бегаете с детьми на тренировках?

– Конечно. Тренер должен чувствовать, что это такое. Поэтому я что летом, что зимой всегда с ребятами, даже в лагерях если идет кросс-поход, то с ними бегу.

– Вы 48 лет преподаете. Через два года еще один юбилей.

– Да, но к этому времени, может быть, уже и уйду на отдых, если, конечно, найду, на кого оставить детей. У меня ведь одни выпускаются, другие приходят заниматься. Тренируемся круглый год. Сезон закончили в апреле, немножко отдохнули, и уже с июня опять начинаются летние лагеря, сборы.

– Сколько сейчас у вас воспитанников?

– У меня числится две группы. Одна учебно-тренировочная группа – это те, кто занимается больше двух лет, другая – до двух лет. Выше двух лет – это 9-11 классы, а другие младше. В одной группе десять человек, в другой восемь. Я отвечаю за лыжные гонки в биатлоне, а за стрельбу отвечает тренер Анна Казакова.

– Они все станут биатлонистами или в этом возрасте еще определяются?

– Еще определяются, кто-то может уйти в лыжные гонки. Вот Георгий Козлов, например, в биатлоне хорошо выступал по среднему возрасту, а потом получилось так, что по результатам стал попадать в сборную Коми по лыжным гонкам. В итоге переключился полностью на лыжные гонки, ездил на соревнования Северо-Западного федерального округа, на финал Кубка России. Но в этом году поступил в вуз в Санкт-Петербурге, уехал туда.

– Стаж работы у вас колоссальный, вы буквально ровесник СШОР. Как меняются с годами дети?

– Не сказал бы, что они как-то сильно поменялись. Дети есть дети. Что двадцать-тридцать лет назад занимались, что сейчас приходят и занимаются точно так же. Есть у кого-то любовь к этому виду спорта и старание, а есть те, кто пришел, позанимался, попробовал месяц-два и ушел. Так было всегда. Сейчас компьютеры и телефоны у них. Часто приходят, надо переодеваться и идти, а они сидят в телефонах. Эта проблема есть. В биатлоне надо стрелять, нужно зрение хорошее, а с появлением этих телефонов зрение у детей ухудшается. Не знаю, может, и не это влияет, но факт в том, что зрение у ребят стало хуже.

– Вы строго запрещаете телефоны?

– Я прошу сюда вообще не брать телефоны. Но родители ведь хотят контролировать детей, звонят. Тогда прошу оставлять в куртках, были случаи, что они теряли их на тренировках. Со старшими проблем-то уже нет, больше с новичками.

– Вам важно, чтобы ребята приходили с какой-то начальной подготовкой?

– Конечно, чтобы какое-то представление имели о том, что такое лыжи. Сейчас ведь некоторые даже в старшем возрасте не умеют кататься. Время неумолимо бежит вперед. Если раньше в школах лыжными гонками у нас занимались все и во всех возрастах, то теперь только с первого по четвертый класс выходят покататься около школы, а у старших лыжной подготовки почти нет. Сейчас ведь стало столько запретов, переходить дороги нельзя и так далее.

– С какого возраста лучше всего отдавать в лыжные гонки и биатлон?

– Все время было так, что четвертый-пятый класс – это самый нормальный возраст для начала лыжной подготовки. Лыжами можно заниматься с любого возраста, даже с восьмого или девятого класса. Были случаи, что такие ребята приходили и дорастали до уровня сборной Коми и даже России.

– Насколько быстро талант можете разглядеть?

– Дети приходят разные, но способности обычно заметны сразу, то есть хоть на лыжах, хоть просто по беговой подготовке видно, что кто-то может, кто-то не может.

– Есть мнение, что нет таланта, а есть только трудолюбие. Вы как считаете?

– Для достижения высоких результатов нужно и то, и другое. Да, есть трудяги, но у них всегда существует определенный потолок, допустим, дорастают до мастера спорта и не выше.

– Вы работаете в государственной школе. Ребята хорошо обеспечены?

– Детей обеспечивают экипировкой. Если они занимаются только для себя, то этого достаточно, а если нужен какой-то результат, то родители стараются купить инвентарь лучше. Раньше был классический стиль, деревянные лыжи и ботинки, было не так уж дорого. Сейчас же надо коньковые ботинки и лыжи, классические лыжи и так далее. Лыжный спорт стал очень дорогим.

– Отсев насколько большой идет? Приходит, допустим, группа из десяти человек, сколько из этих ребят потом остается?

– По-разному. Некоторые занимаются, потом по состоянию здоровья многим врачи не рекомендуют, кто-то с учебой связан: надо оканчивать школу, репетиторы, ЕГЭ. Все хотят куда-то поступить, и после девятого класса некоторые бросают. Обычно процент уходящих небольшой, скажем, у меня в группе старшего возраста из десяти человек двое только ушли. Один поступил в гимназию в Ханты-Мансийске, уехал после девятого класса, а второй учится в ГПТУ на электрика и во вторую смену еще ходит на учебу, хочет дополнительно получить профессию сварщика, поэтому сказал, что никак не может заниматься.

– А есть такое, что часть ребят оставляют в бесплатной группе, а тех, у кого перспектив мало, переводят в платную? Так делают в хоккее, например.

– Нет, у нас все бесплатно. Отсев есть, но только если сами уходят, а так, чтобы кого-то отчислить, такого нет. Естественно, есть те, в ком мы не видим больших перспектив, но если они хотят заниматься, то никого не отчисляем.

– Какова интенсивность занятий?

– В старшей группе пять раз в неделю, в младшей четыре. Сейчас снег выпал, и старшие занимаются шесть раз в неделю, выходной у меня только в понедельник. Любой тренер хочет, чтобы был определенный результат. Поэтому интенсивность должна быть высокая.

– Каждый тренер мечтает вырастить олимпийского чемпиона. Сейчас среди ваших воспитанников есть те, кто может этого достичь?

– Это трудно сказать. Способные есть ребята. Я рад и тому, если воспитанник дорастет до уровня сборной республики и будет защищать честь региона на всероссийских стартах. На Олимпиаду попадают только самые талантливые.

– Вы строгий тренер?

– Вообще-то да. Ну и без любви к детям тоже никак не получается, где-то пряником, где-то и кнутом. Иначе никак нельзя.

– А есть какой-то основной тренерский принцип, девиз, может быть?

– Главное, чтобы дети занимались и получали от этого удовольствие, а остальное приложится, и результаты будут.

– Если кто-то из ребят уходит в другой вид спорта, как на это смотрите?

– Никогда не препятствую. Дети должны себя реализовать и попробовать во всем. Пришел в лыжные гонки, попробовал, может быть, не получилось, перешел в другой вид. Никого не держим. Иван Липин вот у меня четыре года занимался, в прошлом году ушел в футбол, а в этом обратно вернулся.

– Говорят, если человек занимался плаванием, то потом технику лыжную ему тяжело поставить.

– У меня был парень, который перешел с плавания, и я бы так не сказал. Они же переходят не так, что стали мастером спорта по плаванию и пошли в лыжи, а после года-двух занятий. Это сильно не влияет. Дети ищут себя, ищут, где им лучше, все зависит и от коллектива, где-то ребята не сходятся, не ладят, поэтому переходят. У нас, например, дружный коллектив.

– Родители будущих хоккеистов постоянно ходят на тренировки, рьяно их поддерживают. Некоторые дергают за шлем, кричат, чтобы лучше играли. Как в этом плане с биатлоном и лыжными гонками?

– Раньше с родителями общались больше, потому что в обязанность тренера входило посещение родителей. Сейчас детям говорю, чтобы иногда приходили с родителями, чтобы они даже, может, вместе с нами покатались, посмотрели, как идет работа. Все же это тяжелый труд, это не просто так, что пришли на прогулку. Но в основном ведь занимаются дети тех, кто в прошлом сам занимался лыжными гонками или же другим видом спорта.

– Вы из таких людей, кто и дома о лыжных гонках и биатлоне думает, или все-таки находите время на хобби?

– Обычно так, что отключиться от работы не получается. В душе всегда переживаешь. Допустим, если соревнования идут, то думаешь, как лучше подготовить ребят, как им выступить. Старты прошли, провели занятия, домой пришел – и опять анализируешь, почему так получилось, а не этак.

Было хобби, когда был моложе. Каждую весну и осень с напарником ходили на охоту и рыбалку, ездили в Княжпогостский район. Там избушка, банька. Лес меня тянет. Каждую осень так было, но последние два-три года не хожу, товарищ погиб, и вроде бы и хочется, а добраться туда сложно, далеко. В душе, конечно, тянет в лес, потому что ружье есть, все есть. Весной птицы поют, всегда любил лесную идиллию. Но уже и слух пропал. Раньше ведь было как: тренер сам же еще и буранист, было так, что и трассы сами готовили, это сейчас рабочие готовят. Вот простыл и слух потерял.

– Успехи Юлии Белоруковой в прошлом сезоне повлияли на приток ребят?

– Особого наплыва не было, как после чемпионата мира по футболу, когда многие дети на футбол пошли. А у нас все-таки ажиотажа нет. Может быть, в Сосногорске, откуда она сама родом, начали больше заниматься.

– Раньше всегда не хватало девчат, было девяносто процентов парней. Сейчас какое соотношение?

– Думаю, что у всех тренеров примерно количество ребят и девочек одинаковое. Раньше было две-три, остальные все ребята, теперь одинаково, даже девочек больше в этом году.

– Подходы к парням и девчатам разные? К девочкам надо больше подходить индивидуально?

– С ними надо помягче, больше объяснять, где-то побеседовать, им требуется больше внимания. Мальчики и девочки занимаются вместе, но объем работы для девочек ниже процентов на 10-15. Ну и для каждого возраста разный объем, естественно, у тех, кто постарше, больше тренировок.

– С чем связываете, что республика является поставщиком именно лыжников-классистов?

– Зима у нас более суровая, в холодную погоду хуже коньком лыжи катят, поэтому больше классикой катаются. Думаю, может быть, из-за этого наши спортсмены лучше в классике. Но мы – биатлонисты, поэтому больше уделяем внимания именно коньковому ходу, но и классику не забываем. Это тоже важная часть подготовки.

– Что бы посоветовали молодым тренерам?

– Надо просто любить свою работу. Если ты посвятил себя тренерскому делу, значит, должен быть с детьми. Многие же пробуют тренерами работать, но быстро уходят, ищут места, где повыше зарплата: МЧС, МВД и так далее. Надо просто любить детей, любить свое дело. Я прихожу на работу, и для меня это в удовольствие, меня тянет этим заниматься. Поэтому так долго и работаю, я с воспитанниками молодею.

Ярослав СЕВРУК

Фото автора