В Государственном театре оперы и балета Коми прошел показ оперетты Иоганна Штрауса «Летучая мышь». Оперетта была представлена в честь первой исполнительницы заглавной партии Розалинды в музыкальном театре Коми Валентины Ищенко. 23 февраля заслуженной артистке Коми АССР и любимой актрисе многих сыктывкарских зрителей исполнилось бы 100 лет.
Лирическое сопрано Валентины Ищенко покорило любителей оперного искусства с первых дней открытия музыкального театра в столице республики. И мало кто тогда знал, какие испытания выпали на долю этой замечательной актрисы.
О ее судьбе перед началом спектакля зрителям рассказала преподаватель Школы искусств, директор детского балетного театра «Аленький цветочек» Галина Ширяева.
Валентина Ищенко родилась в Киеве и уже в четыре года осталась без родителей. Отца убили во время революции, мать умерла после неудачной операции. Девочку взяла на воспитание родная сестра матери. В Киеве Валентину называли «поющей девочкой». Школьный преподаватель пения однажды сказал ей: «Ты будешь актрисой». Эта фраза, как несколько лет назад призналась актриса корреспонденту «Республики», вошла в нее как «заноза», с тех пор сомнений по поводу выбора профессии у нее не было. Ее часто приглашали петь на свадьбы, именины, соседи просто зазывали послушать. После седьмого класса Валентине пришлось уйти из дома и устроиться в санаторий под Киевом, где ей действительно улыбнулась судьба. Председатель месткома, услышав ее пение, сказал: «Закругляйся, девочка, с работой, тебе надо учиться». Руководство санатория взяло юную актрису под свое крыло, и она без труда поступила в училище при Киевской консерватории. На экзамене Валентина пела «Ой, не свiти, мiсяченку», и профессор, председатель комиссии, сказала: «Вот голос, к которому у меня нет ни одного замечания».
Учиться ей было чрезвычайно комфортно, тогда она поняла, что значит «носятся с учеником». Но завершить учебу не случилось, все оборвалось в один момент, когда началась война. Студентов консерватории отправили в Золотоношу, небольшой городок под Киевом, где располагался совхоз – шеф консерватории, чтобы помочь собрать первый урожай. В эти дни на Украине царила паника, никто не понимал, что происходит и где искать спасение. Когда актриса пешком добралась до Киева, город уже заняли немцы. Чтобы не умереть с голоду, девушке пришлось устроиться в армянский ресторанчик официанткой. Потом судьба столкнула ее с настоящим вербовщиком, но о том, кто этот человек на самом деле, она узнала слишком поздно, когда ее и еще нескольких девушек обманным путем заманили в Полтаву. Чудом, после испытания угрозами, ей удалось вырваться из офицерского дома, где девушек готовили к разведшколе. Еще одно чудо – после прослушивания в Полтавском театре ее взяли не в артистки хора, куда она пришла устраиваться, а сразу в солистки. Это после того, как по приказу директора театра она за две недели выучила сложнейшую партию Маргариты из оперы «Фауст» Шарля Гуно. Премьера прошла на бис, а зрители открыли для себя новое имя.
К моменту наступления советских войск на Украине Валентина Ищенко пела в Киевском театре оперетты. Но в один прекрасный день труппу вызвали к директору и приказали всем на следующий день быть на вокзале с вещами, взяв только самое необходимое. В товарном вагоне театр отправили в Берлин. Так Валентина Ищенко стала остарбайтером, до самой Победы проработав артисткой в составе небольшой бригады. Когда война закончилась, бригаду поселили в эвакуационный центр в каком-то городке под Берлином. Здесь артисты уже давали концерты для русских. Ни с кем общаться им не разрешали: после концерта сразу надо было уходить. В эвакоцентре к Валентине несколько раз подходил дирижер какого-то оркестра, предлагал стать солисткой театра. Спрашивал, почему она так стремится на родину, ведь не известно, как ее встретит советское правительство. Но решение вернуться домой было твердым. К тому же актриса не подозревала, что машина советского правосудия уже заработала против нее.
Дальше было все как во сне. Допросы с пристрастием, полное недоверие к тому, что она рассказывала, и в конечном итоге по решению «тройки» – суд по 58-й статье, шесть лет лагерей и на три года поражение в правах. В дороге она узнала, что в маленьком заполярном городе, куда ее отправили, есть театр. Валентину Ищенко определили в труппу заключенных Воркутинского музыкально-драматического театра. И как только она вошла в него, то поняла, что жизнь продолжается.
– Какой же он был красивый: колонны, лепнина, выполненная явно хорошим художником. И запах. Я вошла в здание и разревелась, почувствовав этот неповторимый театральный запах – клея, кулис, ткани. Это было что-то. У меня просто случилась истерика. Да, и еще из первых воспоминаний – это как наш Борис Дейнека, известный московский бас, первый исполнитель песни «Широка страна моя родная», приводит меня в пошивочный цех, где мне шьют шубку, шапочку, пимы. Потом мне посчастливилось работать с ним на одной сцене – и в Воркуте, и в Сыктывкаре. Отношение к заключенным артистам и вольнонаемным в театре практически не отличалось, все были на равных, но близко с вольнонаемными мы, конечно, не сближались, так – «здрасьте», «до свидания». Все остальное – сцена, – рассказывала Валентина Ищенко «Республике» несколько лет назад.
Потом – новые спектакли и постановки и новые истории. Однажды она спросила у одной артистки, как же та выходит на сцену без зубов. А когда коллега ответила, что зубы ей выбили на следствии, имела неосторожность обронить фразу: «А мы с моим следователем жили мирно». Чуть ли не на следующий день после этого диалога ее сорвали прямо с репетиции и этапом отвезли в Москву. В тюрьме стали допрашивать, жила ли она со следователем и какие у них были отношения. К счастью, история эта не нашла продолжения, Валентину вернули в Воркуту.
Но была и еще одна история, которая нашла подтверждение в описаниях писателя, в свое время узника «Воркутлага» Александра Клейна. Он описал, как Валентину Ищенко и московскую балерину Лолу Добржанскую – вторую жену знаменитого артиста советского театра и кино Сергея Мартинсона вызывали в оперчасть и предлагали стать осведомительницами, а когда те наотрез отказались, загнали их в режимный женский лагерь «Предшахтная». Год Валентина Ищенко руководила в лагере художественной самодеятельностью, и потом, когда ее освободили без права выезда из Воркуты, работала на автобазе диспетчером. Всех политических к этому времени из театра убрали.
В 1956 году воркутинский театр передали в ведение Министерства культуры Коми АССР, а в Воркуту приехала делегация министерства. И кто знает, как сложилась бы судьба Валентины Ищенко и еще таких замечательных личностей, как Владимир Каплун-Владимирский, Борис Дейнека и многих других, если бы не заместитель министра культуры Серафима Попова, которая не побоялась пригласить их в столицу республики работать при Коми концертно-эстрадном бюро – будущей филармонии.
В Сыктывкаре Валентина Ищенко встретила свою судьбу – Эраста Попова, с которым связала жизнь на тридцать лет. Соскучившаяся по обычному человеческому теплу, она обрела в столице Коми много преданных друзей, хотя нередко и слышала злопыхательства в свой адрес относительно своего лагерного прошлого.
В музыкальном театре Республики Коми Валентина Ищенко, которую по праву называли звездой, проработала 25 лет, исполнив все ведущие партии в операх и опереттах.
Марина ЩЕРБИНИНА
Фото Дмитрия НАПАЛКОВА
Оставьте первый комментарий для "Свет звезды ушедшей, но не забытой"