Вечеринки и игрища в Усть-Сысольске

Как встречали Новый год в прежние времена

Новый год – это один из самых любимых наших праздников с пушистым белым снегом за окном, запахом елочной хвои, сверканием разноцветных игрушек и мишуры, фейерверком, подарками, с Дедом Морозом и Снегурочкой. Но не всегда праздник был таким, каким мы привыкли его видеть. «Республика» пыталась выяснить, как его отмечали у нас век назад.

 

P1080620

О праздновании Нового года в Усть-Сысольске начала прошлого века известно совсем немного. Одним из тех, кто оставил воспоминания об этом празднике, стал известный краевед Андрей Цембер. Он был основателем Усть-Сысольского краеведческого музея, Коми областного архива, издателем и составителем первых литературных сборников коми фольклора и русско-зырянского словаря. О жизни краеведа можно узнать из его дневников, которые он вел на протяжении тридцати с лишним лет. Сейчас его записи хранятся в Национальном архиве Коми. В них подробнейшим образом описана жизнь «среднего по способностям и по разуму человека» (так сам себя охарактеризовал автор), пережившего «окаянные дни» революции, гражданской войны, становление советской власти, репрессии.

Его дневники, с которыми можно ознакомиться в читальном зале архива, начинаются именно с описания новогоднего праздника. Вот как это проходило в Усть-Сысольске в 1904 году: «2 января. Была елка в приходском училище. Комитет попечения о народной трезвости пожертвовал 25 рублей, и рублей 50 было собрано по подписке. На елке участвовали ученики и ученицы двух приходских училищ, городского и двух нижнеконских школ (школы на нижнем конце города – ныне Тентюково). Всего около трехсот человек. Елка зажжена около пяти часов. Комиссия, состоящая человек из 12, большей частью учащие (учащие – так тогда называли учителей) работала два дня. В первый день развешивали кульки, а второго января днем украшали елку. Я не принимал деятельного участия.

6 января. Была елка в клубе (городской клуб, или «общественное благородное семейное собрание», был основан в Усть-Сысольске в 1864 году. Он заменял в городе дворянское собрание). Нина (четырехлетняя дочь Андрея Цембера) получила куклу стоимостью около 75 копеек, хотя я подписывал 1 рубль 50 копеек. 7 января. Святки прошли быстро. Много времени у меня отнял клуб. 8 января. Начало учения».

Это единственное описание праздника в дневниках Цембера. В другие годы в начале января он уже не пишет про елку и подарки, а подводит финансовые итоги ушедшего года, а позже сетует на старость.

До революции Новый год, будучи праздником иностранным и новым для россиян, праздновался куда скромнее, чем сейчас. Чаще всего дети просто собирались в зале, где была наряжена елка (как правило, не игрушками, как в наши дни, а сладостями), читали тропари, стихи, плясали, получали подарки и расходились.

Своеобразным очагом культуры стал в конце XIX века появившийся в Усть-Сысольске Народный дом общества трезвости. Здесь проходили танцевальные вечера, лекции, спектакли и концерты. Скорее всего, во время зимних праздников Народный дом тоже не пустовал.

Но были и другие зимние развлечения. Так, в начале ХХ века в Усть-Сысольске впервые появился ледяной каток. На нем можно было покататься на коньках во время новогодних и рождественских праздников. Организован каток был Василем Успасским, и каталась здесь молодежь из немногочисленной городской интеллигенции. Желающие пользоваться катком должны были сдавать по два рубля на расчистку от снега площадки и на освещение. Первый каток в Усть-Сысольске был обыкновенной расчищенной от снега площадкой на Сысоле. Находился он в районе нынешнего Кировского парка. Для красоты в сугробы вокруг катка были воткнуты небольшие елочки. Никаких раздевалок предусмотрено не было, и фигуристы переобувались прямо на снегу. Коньки просто привязывали ремешками к валенкам. Толпа зевак с любопытством наблюдала за необычным зрелищем – устьсысольцы на льду. Плату за просмотр не брали.

В ту далекую эпоху каток и коньки были удовольствием для состоятельных. Так, Левин из «Анны Карениной» после долгой разлуки с Кити Щербацкой, вернувшись в Москву, первым делом поехал искать ее именно на катке.

После катка усть-сысольская молодежь собиралась на вечеринки у кого-нибудь дома. По-коми эти посиделки назывались «войпук». На вечеринки собирались после рождественского поста, который начинался 28 ноября и заканчивался 6 января. Поэтому к чисто новогодним традициям это отнести нельзя. Тем не менее все это проходило в январе во время святочных посиделок. В 1898 году в журнале «Живая старина» был опубликован очерк усть-сысольского краеведа Мельникова «Вечеринки и игрища в Усть-Сысольске».

«Одна из девиц приглашает подруг своих к себе в дом поиграть и повеселиться, – пишет краевед. – Подружки, принарядясь по возможности, собираются в этот дом с пяти до шести вечера, первоначально пьют чай, потом лакомятся разными закусками, а к семи часам приходят знакомые и незнакомые добрые молодцы – парни без всякого приглашения. С ними девицы начинают играть и плясать по песням. По окончании каждой песни молодой парень получает от вызванной им девицы, ходившей с ним об руку в круге или просто по комнате, нежный поцелуй, и таким образом игры и пляски продолжаются иногда целую ночь, до самого утра. Старшие в доме ни в чем никакого препятствия не делают и не мешают, а издали любуются приятными и позволительными небольшими вольностями».

Вечеринки устраивались только девушками, и собиралась на них только холостая молодежь. В основном именно здесь местные парни находили себе невест. На святочных посиделках девушки любили гадать.

Накануне Нового года в XIX веке по улицам Усть-Сысольска ходили славильщики. Они колядовали, ходили из дома в дом, распевая духовные стихи, кондаки и тропари. Тот же краевед Мельников в заметке «Коляда в Усть-Сысольске» писал в 1852 году: «В Усть-Сысольске коляду пели вечером 25 декабря, после уже славления со звездою и хождения с вертепом, а не накануне Рождества, как это было принято в русских селениях». В начале XX века «славить» ходили уже накануне 1 января и в первый день Рождества. При этом в коми селах колядование было не принято. Появление этого обычая связано с русскими горожанами.

История праздника

На протяжении многих веков в России Новый год отмечали 1 марта. В 1492 году Иоанн III утвердил своим указом гражданское начало – наступление нового года сдвинулось на 1 сентября. Празднование Нового года 1 сентября продолжалось до 1698 года. В 1699 году празднества, связанные со встречей Нового года, были отменены, и лишь в 1728 году Петр I издал указ «О реформе календаря в России». Из указа следовало, что наступление нового года приурочивалось к 1 января. Петр лично выпустил на площади первую ракету, тем самым возвестил о наступлении праздника. Хотя царь Петр I своим указом велел с 1700 года праздновать Новый год 1 января под страхом наказания и праздник этот в определенных слоях российского общества прижился, все же он носил второстепенный характер, а первостепенным считалось именно Рождество. Мусульмане, буддисты и евреи Новый год и Рождество не праздновали. У них были свои праздничные даты. Да и не все православное население России праздновало Новый год. Для коми и русских крестьян Новый год 1 января с наряженной игрушками елкой был «барской забавой» и «иноземным новшеством». Крестьяне в большинстве областей России Новый год отмечали либо в начале декабря, либо по древнему обычаю 1 сентября. Никаких елок в крестьянских избах зимой не было и ни о каком Деде Морозе с мешком подарков крестьянские ребятишки не слыхивали.

Впервые крестьяне России стали праздновать Новый год и Рождество с елкой уже после Октябрьской революции. В советских хрестоматиях есть сюжет — рождественская елка в Горках у Ленина, куда приглашали детей из близлежащих деревушек. Большинство этих ребят рождественскую елку видели впервые. До революции, пожалуй, только дворяне, интеллигенция, образованные сословия праздновали Новый год 1 января. Елка была не новогодняя, а рождественская с восьмиконечной Вифлеемской звездой.

Кстати, когда именно появилась в России первая новогодняя елка, точно не известно. В петровском указе было сказано: «По большим и проезжим улицам знатным людям и у домов нарочитых духовного и мирского чина перед вороты учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых и мозжевеловых, а людям скудным каждому хотя по деревцу или ветве на вороты или под храминою своею поставить». Про елочку ни слова. Считается, что обычай ставить на праздник елку был ввезен в Россию будущей женой Николая I, прусской принцессой Шарлоттой. По другим свидетельствам, первую елку поставили в 1840-е годы питерские немцы. Следом за немцами в русских домах петербургской знати также начали ставить для детей пушистые деревца. Повсеместно распространилась немецкая традиция только в середине XIX века, когда перед Рождеством елки стали продаваться. Первая публичная елка была установлена в 1852 году на петербургском Екатерингофском вокзале. К концу столетия новогодняя ель прочно входит в быт Усть-Сысольска.

На журнальных иллюстрациях конца XIX века нарядная зеленая красавица уже прочно заняла свое место, а вот Деда Мороза и Снегурочки под ней еще нет. Дед Мороз в русском крестьянском фольклоре был злым и жестоким волшебником. В поэме Некрасова «Мороз, Красный нос» он ради забавы убивает в лесу бедную молодую крестьянскую вдову, оставляя сиротами ее малолетних ребятишек. Первый новогодний Дед Мороз был не добрым сказочным персонажем, а Рождественским Дедом, который многими ассоциировался с реальным лицом – византийским святым Николаем, епископом Мирликийским. Год рождения Снегурочки (не путать со Снегурочкой А.Островского!) известен точно. Это 1937-й, ведь именно тогда на первой разрешенной новогодней елке в Доме Советов в Москве Дед Мороз появился со своей внучкой. Уже позабытый сейчас «Новый годик» в виде ребенка – тоже советское нововведение, которого не знала дореволюционная царская Россия. Да и сейчас его уже не знают.

Первые десять лет советской власти никто рождественские елки и Деда Мороза не отменял. С 1917 по 1927 год наряду с новыми коммунистическими праздниками в официальном советском календаре продолжали существовать православные праздники – Рождество и Пасха. Эти дни являлись выходными. Но был восьмилетний – с 1928 по 1935 год – «полузапрет» на рождественские елки в СССР. В 1936 году выходит декрет СНК, разрешающий публичное официальное празднование Нового года и призывающий на новогодних праздниках в госучреждениях, детских учреждениях, на городских площадях наряжать ели. Чтобы встретить Новый год в идеологически верном ключе, вышло «Пособие для партийных и комсомольских ячеек», в котором давались подробные указания об организации праздника. К примеру, венчать ель должна была пятиконечная красная звезда.

Елочные игрушки также должны были соответствовать требованиям политического момента: вместо шаров предлагалось изготовить из цветной бумаги фигурки тракторов и комбайнов. В пособии был изменен и внешний облик Деда Мороза. Дореволюционный Мороз надевал перчатки, непременно трехпалые и белые — это символизировало святость всего того, что он дает из своих рук. Теперь же ему полагалось носить красные варежки. Первая советская елка была открыта 1 января 1937 года в Москве, в Доме Союзов, и одновременно с ней зажглись елки по всему СССР. Новый год перешел из неофициального статуса в статус государственного праздника, а с 1 января 1948 года (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 23 декабря 1947 года) первый день нового года стал нерабочим днем.

Артур АРТЕЕВ
Фото автора

P2100242 P2100246 P1080772P2100264

Добавить комментарий