Край надежды и плача

Этнографическая экспедиция побывала в местах заключения репрессированных российских немцев

В конце июня – начале июля в Вуктыльском районе работала этнографическая экспедиция, участники которой посетили места, куда в 30-40-е годы было сослано большое число российских немцев. Экспедицию организовал Немецкий культурно-деловой центр Коми под руководством Олега Штралера. В составе экспедиции работал и журналист «Республики».

Это не первая поездка представителей немецкого культурно-делового центра и научных сотрудников, организуемая с целью сбора материала о репрессированных немцах. Как рассказал Олег Штралер, в 2014 году состоялась первая экспедиция в Корткеросский район. В последующие годы были исследованы практически все районы республики, где когда-то были спецпоселения и лагеря, в которых трудились российские немцы. Лагерей и спецпоселений не было только в Ижемском и Удорском районах. В 2015 году очень много интересных фактов о ссыльных немцах рассказал известный в республике человек, лучший дояр СССР, участник сельскохозяйственных выставок из бывшего совхоза «Новый Бор» Усть-Цилемского района Томас Круг.

Много информации было собрано также в Корткеросском и Усть-Куломском районах. Материалы каждой экспедиции оформлялись в выставки, представлялись на научно-практических конференциях, легли в основу двух томов мартиролога «Покаяние» о спецпоселенцах Коми.

– Закон 2006 года о защите персональных данных позволяет доступ к архивной информации о переселенцах только родственникам этих людей. Искать родственников и просить их делать запросы в МВД – это очень долгая история. Поэтому мы собираем сведения через оставшихся свидетелей тех событий. На сайте нашего немецкого культурно-делового центра есть онлайн-музей «Немцы в Республике Коми», где представлены материалы предыдущих экспедиций, – рассказал Олег Штралер.

Все что осталось от здания точильной фабриики.

В отличие от остальных, ранее исследуемых районов, поселения на средней Печоре имеют свою специфику. В основном это умирающие поселки и деревни, где осталось немного трудоспособного населения. В некоторых населенных пунктах сегодня проживает менее двадцати человек. Массовый приток спецпереселенцев в эти места начался в самом разгаре коллективизации – в 1932 году, когда сюда на баржах привозили раскулаченных крестьян. В основном это были немцы с Поволжья и Украины, а также поволжские и донские казаки и крестьяне Вологодской и Архангельской областей. Естественно, ни немцев, ни даже их потомков в этих поселках практически не осталось. Почти все немцы выехали из этих мест в 90-е годы, как только начали закрываться леспромхозы.

С учетом этого главной целью экспедиции стал сбор воспоминаний местных жителей о тех временах, когда здесь еще проживали немцы, о том, как взаимодействовали между собой представители разных национальностей, волею судьбы оказавшиеся в этих глухих северных местах. Важными документальными свидетельствами стали также фотографии, сделанные на местах бывших лагерей и спецпоселений. Каждый год земля постепенно поглощает немые свидетельства тех печальных событий – разрушенные постройки лагеря заключенных, котлованы бывших землянок, полуистлевшие предметы быта, оставленные здесь людьми. Экспедиция побывала на месте бывшего лагеря политических заключенных в местечке Боярский вис, в поселке Кырта, где задолго до постройки воркутинских и интинских шахт добывали первый в Коми уголь, в поселке лесозаготовителей Усть-Соплеск, где когда-то жили немцы, на Усть-Войской точильной фабрике.

Заготовки жерновов.

Первая остановка была сделана в Ухте, в музее Виктора Моора, чья судьба тесно связана с этими местами. Сюда в войну в деревню Рыбницу Печорского района была сослана его прабабка Анна Фридриховна Мунтаньон. Там же она и умерла и была похоронена в общей могиле с тремя репрессированными литовцами. Мать Виктора еще девочкой, не выдержав условий жизни, сбежала с Рыбницы с сестрой в Москву. Там их задержала милиция и определила в детдом. А когда через три года в органах узнали, кто они, отправили снова в Рыбницу: даже дети в те годы считались врагами народа. Здесь жили и работали его родители, и вырос он сам на станции Глушь Кожвинского района (ныне Зеленоборск). Виктор Моор – один из тех немцев, которые после перестройки не покинули Россию и для кого северный край стал родиной.

Все экспонаты собирал сам хозяин: что-то приобретал за личные деньги, что-то ему приносили люди. В маленьком вагончике-музее обосновалась вековая история русского, немецкого и коми народа. Предметы бытовой утвари, изготовленные из подручного материала в лагерных условиях руками умельцев, оружие Первой мировой и Великой Отечественной войн, одежда, обувь и посуда лагерников, хранящая память о своих ушедших хозяевах.

Остатки фабричного оборудования.

Дух послевоенного времени передают немецкий патефон, телевизор «Заря», прозванный в народе духовкой за внешнюю схожесть, радиоприемник пятидесятых годов, портсигары, пачки папирос того времени, утюги на углях, часы с боем, дамские боты и ридикюли. Здесь же маленький секретный фотоаппарат, который использовали советские разведчики. Хозяин музея бережно собирает все, что может воссоздать историю быта тех времен: большой кусок сахара, который нужно колоть специальными щипцами, картонную пачку грузинского чая советского периода, миниатюрную швейную машинку, машинку для стрижки волос, которая нещадно вырывала волосы при стрижке, и даже найденные на чьем-то чердаке сухари. Каждая вещь здесь имеет свою историю. Орден Ленина украшал когда-то Ухтинский леспромхоз, потом его сдали на металлолом. Всего три леспромхоза в России были награждены орденом Ленина, в том числе – Ухтинский. Портрет Сталина висел в клубе поселка Ветлосян.

На следующий день по приезде в село Подчерье, которое стало отправной точкой всех намеченных маршрутов, группа посетила бывший лагерь политических заключенных в местечке Боярский вис, затерянный в глухой тайге и отрезанный от мира полноводной Печорой. На небольшом возвышении у берега, на котором был расположен лагерь, лежит огромный валун, с которого открывается вид на реку и заречные леса. Валун был назван заключенными «камнем надежды и плача». По воспоминаниям местных старожилов, выживших в этих тяжелейших условиях, сюда, на этот камень, оторванные от родных мест приходили заключенные, чтобы выплакать свое горе и вымолить у судьбы пощады. По преданию, один мужчина так и умер на этом камне.

Памятный крест на берегу Печоры.

Сегодня на месте бывшего лагеря, который был закрыт в конце 50-х, уже ничего не осталось. О том, что когда-то здесь были люди, говорят лишь большие, заросшие травой котлованы, которые были землянками, да кое-где попадающиеся обломки разрушенных строений. В одном месте на остатках какого-то строения участники экспедиции обнаружили полуистлевшую железную бочку и предположили, что она служила заключенным печкой. Но экскурсовод пояснила, что на этом месте была баня. Еще одной находкой стал крюк для лампы, которую заключенные подвешивали к потолку в землянке.

Следующим пунктом экспедиции стало заброшенное Кыртинское угольное месторождение, где осуществлялась наземная добыча угля. Благодаря наземному способу добычи местная шахта давала угля намного больше, чем впоследствии воркутинские шахты. Кыртинский уголь шел на нужды Республики Коми. В основном на шахте применялся тяжелый ручной труд, вагонетки с углем перевозили на лошадях, а затем на баржах доставляли на место. В 50-е годы Кыртинское месторождение было закрыто, и многим шахтерам предоставили квартиры и работу на Интинских и Воркутинских шахтах. После закрытия шахты в Кырте остались в основном лесозаготовители. Среди жителей поселка было немало ссыльных российских немцев, о чем свидетельствуют таблички на местном кладбище. Потомки немецкой семьи Керш живут там и сейчас. По словам главы семьи, в годы массового отъезда немцев в Германию он не выехал, «потому что не мог предать родину», имея в виду этот далекий северный край, где живет по сей день и где похоронены его родители.

На фестивале в Подчерье.

Время экспедиции совпало с ежегодным фестивалем национальных обрядов народов Республики Коми, который проводится в селе Подчерье. Немецкий культурно-деловой центр на этом фестивале впервые представил свою программу, в которой были немецкий танец, викторина на знание немецкой истории и культуры и мастер-класс по приготовлению национальной немецкой выпечки – брецелей. Погода не баловала: после нескольких дней жары налетели тяжелые тучи, грозящие разразиться холодным дождем, и дул порывистый северный ветер. Наряженные в немецкие народные костюмы участники экспедиции мужественно ожидали своего выхода, ежась в тонких рубахах и платьицах с коротким рукавом. Но теплый прием публики оправдал все неудобства.

Выступление участников экспедиции стало гвоздем программы. На фоне протяжных русских и коми народных песен зажигательная мелодия немецкого танца, который исполнили Татьяна Шамбер и Александр Савельев, произвела настоящий фурор. Зрители пустились в пляс вместе с выступающими. С не меньшим азартом зрители принимали участие в викторине. Видно было, что привлекали их не столько маленькие призы за правильные ответы, сколько возможность интеллектуальной разминки. Всем участникам мастер-класса по лепке брецелей  были розданы рецепты приготовления теста и выпекания. Прекрасным подарком от Немецкого культурно-делового центра школе села Подчерье стал комплект учебно-методических пособий для изучения немецкого языка. Настольные игры и пазлы, детские журналы и книги на немецком языке позволят школьникам из Подчерья в увлекательной форме осваивать немецкую речь. Глава администрации Вуктыла Виктор Крисанов вручил руководителю экспедиции Олегу Штралеру благодарственное письмо для коллектива, представившего на фестивале Немецкий культурно-деловой центр Республики Коми.

На камне надежды и плача.

Последними пунктами экспедиции стали поселки Усть-Соплеск и Усть-Воя. О том, как их семья попала в эти места, рассказала жительница Усть-Соплеска, единственная из проживавших здесь когда-то немцев Нина Терзи. На бывшую точильную фабрику в поселке Усть-Воя участникам экспедиции пришлось добираться, продираясь через густые заросли молодых деревьев. По воспоминаниям одного из немногочисленных жителей деревни Усть-Воя, еще в конце 80-х дорога от деревни до фабрики и сама территория предприятия были еще доступны для людей, но сегодня на этих, когда-то отвоеванных у тайги местах, вновь вырастает лес.

Разработки точильного камня велись здесь еще с царских времен, а в 30-е годы силами заключенных была построена фабрика, которую закрыли в 1964 году. Когда-то это было впечатляющее по своим масштабам производство. Добыча камня велась в карьере рядом с фабрикой, были подъездные пути, по которым доставлялись вагонетки с камнем. От самой фабрики сегодня осталась одна стена, обломки техники, на которой обрабатывался камень, заготовки точильных дисков, жернова, бруски, точно такие, на которых в советские времена хозяйки точили кухонные ножи.

На заброшенном старом кладбище в деревне Усть-Воя сегодня остались уже одни впадины, бугорки и один вросший в землю крест. Рядом с кладбищем, на высоком берегу Печоры установлен памятный крест с надписью: «Печора светлою волной омоет память о былом… О вашей доле сердце плачет». Давно уже ушли из жизни свидетели тех трагических для страны дней, зарастают землей места, хранящие память о них. И только этот крест стоит как знак памяти и скорби о безвинно загубленных человеческих судьбах.

Финансовое обеспечение экспедиции взял на себя Международный союз немецкой культуры. Министерство национальной политики Республики Коми помогло с организацией транспорта. Администрация Вуктыльского района обеспечила проводниками и поддержкой инспекторов в населённых пунктах. Катера для доставки экспедиции предоставили ВГПУ «Газпромдобыча Краснодар» и Вуктыльское ЛПУ ООО «Газпромтрансгаз Ухта».

Галина ГАЕВА

Фото  автора

Оставьте первый комментарий для "Край надежды и плача"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.