От «Зырянской жизни» до «Республики»

Типография Следникова.

Золотой век журналистики Коми пришелся на девяностые годы

Очередная познавательная прогулка по Сыктывкару, которую проводит Коми отделение Российского общества «Мемориал», была посвящена столетию журналистики региона. Формально пресса Коми края зародилась 10 июня 1918 года после выхода первого номера газеты «Зырянская жизнь», однако и до этого времени в Усть-Сысольске работали журналисты, освещавшие жизнь города и уезда. Рассказывали о вековой газетной истории города историк Михаил Рогачев и журналист Игорь Бобраков.

Типография Следникова.

 

Колыбель коми журналистики

Как поведал собравшимся Михаил Рогачев, до революции уездному городу, каковым был Усть-Сысольск, не полагалось иметь своих газет. Но город входил в состав Вологодской губернии, где выходили две газеты – «Вологодские епархиальные ведомости» и «Вологодские губернские ведомости». И хотя в Усть-Сысольске не было ни газетных киосков, ни книжных магазинов, горожане охотно читали эти издания. В частности, по подписке в город приходило до 50 экземпляров «Вологодских губернских ведомостей», которые передавались из рук в руки. Кроме того, любой желающий мог прочитать эти газеты в общественной библиотеке.

Оба издания держали в Усть-Сысольске своих корреспондентов, которых можно назвать первыми журналистами Коми края. Они писали краеведческие очерки, заметки и даже стихи. В основном это были школьные учителя, такие как Иван Мельников, опубликовавший в «Вологодских епархиальных ведомостях» первые исследования по истории Усть-Выми.

В 1906 году великоустюжский мещанин Зосима Следников открыл в Усть-Сысольске первую типографию. Она печатала разного рода бланки, афиши и даже книги. И именно в этой типографии напечатали первый номер «Зырянской жизни», так что это предприятие, как выразился историк, стало колыбелью коми журналистики. Правда, дискуссионным остался вопрос, где она в это время располагалась.

Поначалу Следников разместил печатные станки в доме мещанина Фролова на улице Северо-Загородной (ныне Горького), а в 1909 году купил или построил дом, где стал жить сам и куда перевез типографию. По плану Усть-Сысольска 1916 года этот дом находился по улице Покровской, ныне Орджоникидзе. Однако на одной из старых фотографий запечатлен совсем другой дом, на котором четко видна вывеска «Типография З.Д. Следникова и К°». И, судя по другой старой фотографии, сделанной с каланчи, этот дом располагался на Спасской улице (ныне Советской) напротив нынешней Национальной библиотеки.

В 1919 году большевики эту типографию национализировали, а самого Следникова назначили ею заведовать. Правда, в следующем году его арестовали за сотрудничество с белогвардейцами. «Сотрудничество» заключалось в том, что, когда Усть-Сысольск на две недели захватили белогвардейцы, они заставили его что-то напечатать. За Зосиму Дмитриевича заступились печатники, и его отпустили.

По большому счету «Зырянская жизнь» – не первая газета Усть-Сысольска. До нее в следниковской типографии было напечатано три номера «Известий Общества обновления местной жизни крестьянского и трудового населения Усть-Сысольского уезда».

– Эту газету явно издавали не журналисты, – заметил Михаил Рогачев. – Потому что с таким длинным названием нормальную газету выпускать нельзя. Я сам эту газету не видел и даже не представляю, сохранился ли хоть один ее экземпляр.

Типография на Коммунистической.

Начало новой эры

Первый номер «Зырянской жизни», напечатанный 10 июня 1918 года в еще не национализированной «Типографии З.Д. Следникова и К°», загадочным образом утерян. Известно, что тираж составлял 300 экземпляров, и возможно, ни один из них просто не сохранился.

– Но у меня есть своя версия этой странной пропажи, – признался историк. – Дело в том, что поначалу эта газета не была большевистской. Первым ее редактором стал студент Пермского университета, левый эсер Дмитрий Попов. К тому же власть в городе в это время хоть и была советской, но не коммунистической. Совет крестьянских, рабочих и солдатских депутатов был по преимуществу эсеровским. Только спустя неделю большевики устроили в Усть-Сысольске переворот, и не исключено, что первый номер «Зырянской жизни» конфисковали.

Своего помещения редакция поначалу не имела и размещалась прямо в типографии. Своих журналистов в газете не было. Статьи писали так называемые рабочие корреспонденты. Возглавивший вскоре «Зырянскую жизнь» будущий классик коми литературы Виктор Савин позже вспоминал, что некоторые номера он делал один. Писал заметки, статьи, фельетоны и публиковал их под разными псевдонимами.

Тематика газеты – исключительно местная. Тогда еще не практиковалась публикация готовых материалов, присылаемых из центра, которые в обязательном порядке необходимо было напечатать. Все это будет позже.

Череда переименований

1 января 1921 года «Зырянскую жизнь» переименовали в «Удж» («Труд»). Но с таким названием выпустили всего 96 номеров. После образования 22 августа того же года Коми автономной области она стала называться «Югыд туй» («Светлый путь»). Газета была двуязычной, а с 1928 года стала выходить только на коми языке. К изданию на коми языке главный редактор Виктор Савин относился скептически.

– В патриотизме Савина вряд ли кто усомнится, но он был в своем скептицизме не так уж и не прав, – отметил Михаил Рогачев. – Незадолго до этого учитель Василий Молодцов изобрел коми алфавит, и не все его буквы совпадали со славянским алфавитом. Поэтому Савин сомневался, удастся ли быстро отлить соответствующие литеры и найти наборщиков, чтобы печатать тексты на коми языке.

Тираж газеты вырос до двух тысяч экземпляров, что на самом деле немало по тем временам, поскольку большая часть населения оставалась еще неграмотной. Редакция размещалась по улице Набережной (ныне Кирова) сначала в одной комнате в деревянном доме под номером 41, а в 1926 году переехала в дом номер 38 по той же улице, где ей выделили уже две комнаты.

К этому времени от региональной прессы Москва требовала публиковать обязательные официальные материалы под рубриками «Партийная жизнь», «Международное положение» и другими. И в 1930 году вновь появилась русскоязычная газета «За новый Север». А газету на коми языке переименовали в «Вöрлэдзысь» («Лесной рабочий»). Через два года ее объединили с другой комиязычной газетой «Коми колхозник», созданной в 1925 году сначала под названием «Коми сикст» («Коми деревня»).

Первая молодежная газета «Коми комсомол» была основана в 1929 году. Она также выходила на коми языке. В 1938 году ее переименовали в «Коми комсомолец». А с началом Великой Отечественной войны газету закрыли в связи с тем, что вся редакция ушла на фронт.

Вереница объединений и разделений газет, а также их переименований продолжилась и в послевоенное время. В 1955 году слили воедино «За новый Север» и «Вöрлэдзысь», назвав новое детище «Красное знамя». Оно выходило на двух языках с одинаковыми текстами. По мнению Игоря Бобракова, это ошибочное решение, поскольку к тому времени комиязычные и русскоязычные читатели отличались друг от друга. Первые проживали большей частью в сельских районах, а в Воркуте и Инте их практически не было. Поэтому уже через год газету снова разделили. «Красное знамя» стало выходить только на русском языке. Для коренного населения воссоздали «Коми колхозник», которому в 1959 году вернули прежнее название «Югыд туй». В 1991 году, когда страна взяла курс на построение не коммунизма, а капитализма и ни о каком «светлом пути» не могло быть и речи, ее вновь переименовали. Она стала называться «Коми му» («Коми земля»).

Дорога к Дому печати

Число и тиражи газет увеличивались, и, как выразился Михаил Рогачев, типография Следникова не отвечала растущим потребностям новой печати. Уже в 1921 году в Усть-Сысольск доставили оборудование Яренской типографии, а затем в Великом Устюге закупили новую печатную машину.

И тогда бывший торговый дом купца Дербенева на нынешней улице Коммунистической, в котором с приходом советской власти разместился большевистский клуб «Звезда» с кинотеатром и актовым залом, приспособили под типографию.

– Следниковское оборудование было ручное, существовала даже профессия крутильщика, который вращал громоздкую печатную машину, – поведал историк. – Новое оборудование работало на электрической тяге. Поэтому потребовалось электрифицированное здание, а таких в городе были единицы. Поэтому клуб «Звезда» пришлось выселить и разместить там типографию союза печатников.

До середины 30-х годов прошлого века в этой типографии печатались все местные газеты и журналы, пока и в этом доме не стало тесно. Тогда решили построить специальные здания для типографии, а также редакций газет и журналов. И в 1936 году на самой окраине города (в центре просто не нашли места) по типовому проекту Ноткина возвели четырехэтажный Дом печати. Во дворе построили типографию с огромными помещениями печатных цехов, отапливаемых буржуйками, дабы предотвратить загущение краски и замерзание валиков.

В Доме печати помимо редакций располагался клуб на 212 мест, лекторские и учебные кабинеты, библиотека и столовая с кухней.

Пресса под прессом

По словам Игоря Бобракова, одной из функций СМИ является критика и контроль над властью. Однако в советское время все было наоборот. Журналисты работали в тисках жесточайшей цензуры, и любое отступление тут же каралось. Ярким примером тому служит история с главным редактором газеты «За новый Север» Яковом Задовым.

В 1939 году в этой газете, являвшейся органом Коми обкома ВКП(б), Совета Министров и Верховного Совета Коми АССР, после очередного республиканского партийного пленума, как и полагалось, были опубликованы его постановления. Коммунист Задов с одним из положений этих документов не согласился и в редакционном примечании опубликовал свои возражения. Этот совершенно невинный с сегодняшней точки зрения поступок вызвал скандал на всю страну, о котором напоминали нескольким поколениям советских журналистов.

Типография вид с каланчи.

К счастью, Большой террор 1937-1938 годов шел на спад, и Задова не стали обвинять в троцкизме, вредительстве или в том, что он сделал это по заданию японской разведки. Ему устроили публичную порку именно за то, что он совершил. ЦК ВКП(б) издал постановление «О редакторе газеты «За новый Север» т. Задове», в котором говорилось, что этот журналист совершил грубую ошибку, противопоставив себя и газету партии. За это он получил партийное взыскание и был снят с работы.

По некоторым сведениям, инициатором этого постановления был Сталин, который и сам когда-то слыл большевистским журналистом.

Случай с товарищем Задовым вошел во все советские учебники по журналистике. Полвека студентам журфаков внушали, что противопоставлять себя партии никоим образом нельзя.

Из журналистов в литераторы

Между тем в газетах трудились талантливые люди, проявившие себя не только в сфере журналистики. Многие из них были поэтами, писателями, драматургами. Причем работа в качестве корреспондентов давала им материалы для чисто литературного творчества. Именно так сложилась творческая судьба известного московского писателя Александра Рекемчука.

Уроженец Одессы, он в 1947 году после первого курса Литературного института отправился на практику в Сыктывкар, где его тут же приняли на работу в «За новый Север». Получив первую зарплату и повышенный гонорар, он купил на рынке костюм и почувствовал себя самостоятельным человеком. И тогда решил остаться в столице Коми АССР, а в Литературном институте перевелся на заочное отделение. В Сыктывкаре Рекемчук женился на местной девушке Луизе Потолицыной, вскоре у них родилась дочь, но здесь же с ним случились первые в его жизни серьезные неприятности.

Вступив в партию, он подал заявление в Коми обком ВКП(б) с просьбой узнать про судьбу его отца. Просьбу удовлетворили. И выяснилось, что его папа Евсей Рекемчук, талантливый журналист и советский разведчик, был расстрелян как «враг народа».

Александра Евсеевича тут же исключили из партии, уволили с работы за то, что не сообщил, что он сын «врага народа», и молодой журналист уже ждал ареста. Но в Сыктывкар приехала его мама, пошла в обком и, как предполагает Рекемчук, сумела убедить начальство, что его отец на самом деле ему отцом не является. Тогда из партии исключили ее, а самого Александра Евсеевича восстановили и в партии, и на работе. Правда, на всякий случай объявили строгий выговор.

Но Рекемчук обиделся на коллег, проголосовавших за его исключение, и вместе с семьей уехал в Москву. Вот только со строгим выговором не смог найти постоянную работу. Пришлось вернуться в Коми. Его взяли в газету, которая теперь уже называлась «Красным знаменем», собственным корреспондентом по Ухте. К тому времени в московских изданиях стали выходить его рассказы, написанные по впечатлениям от командировок по северу. При этом поездки по республике продолжились, и вскоре один за другим стали печататься новые произведения, впоследствии вошедшие в сборники «Стужа», «Печорские рассказы», «Берега». Затем появились повести «Время летних отпусков» и «Молодо-зелено», экранизированные на «Мосфильме».

Перебравшись окончательно в Москву, Александр Евсеевич не забывал про Коми республику. В 1984 году вышел его автобиографический роман «Тридцать шесть и шесть», действие происходит в Городе-на-реке, в котором легко угадывается Сыктывкар.

Александра Рекемчука не стало 6 июля прошлого года. Он несколько месяцев не дожил до своего девяностолетия.

Непослушная «Молодежка»

1 июля 1958 года бюро Коми обкома ВЛКСМ приняло решение о возобновлении издания комсомольской газеты теперь уже под названием «Молодежь Севера». Ее первым редактором стал Александр Мурзин, до этого заведовавший сельскохозяйственным отделом «Красного знамени».

Но проработал на этой должности он недолго, в 1960 году его пригласили в «Комсомольскую правду», а еще через шесть лет он перешел в «Правду» – в то время главную газету страны. В годы перестройки стало известно, что именно Александр Мурзин был подлинным автором книги Леонида Ильича Брежнева «Целина». За трилогию «Малая земля», «Возрождение» и «Целина» генсека ЦК КПСС удостоили Ленинской премии по литературе. А Мурзин не получил даже гонорара. Впрочем, журналиста к его 50-летию наградили орденом Дружбы народов.

Александр Мурзин.

Поскольку в Доме печати помимо редакций размещались Совет Министров Коми АССР и Коми книжное издательство, «Молодежи Севера» нашли место только в актовом зале на четвертом этаже. Поначалу все журналисты сидели в одном большом помещении, но затем его перегородили и устроили отдельные кабинеты. Сама газета стала служить первой ступенькой в карьере молодых журналистов. Отработав какое-то время в «Молодежке», написав ряд статей по молодежной тематике и работе комсомольских организаций, они переходили в «Красное знамя», расположенное этажом ниже. Так что можно считать, что они шли не вверх, а вниз.

В годы перестройки такая традиция изменилась. Новые поколения острее чувствуют ветер перемен, и молодые волки «Молодежки» быстро начали осваивать весьма острые темы, не боялись критиковать власть имущих и поднимать самые злободневные проблемы. Тем более что в 1991 году партия и комсомол приказали долго жить, и «Молодежь Севера» стала полностью независимым изданием.

Главе Коми Юрию Спиридонову, мягко говоря, не очень нравился боевой настрой газеты, но и серьезных попыток заткнуть ей рот он не предпринимал. В начале нулевых сменилась власть в республике, и новым хозяевам региона «Молодежка» не нравилась, чего они не только не скрывали, но и предпринимали все возможное, чтобы сделать ее более послушной. И им это удалось после неоднократной смены главных редакторов. Популярность газеты стала стремительно падать, и это привело к тому, что в 2013 году газета выходить перестала.

Та же судьба постигла и «Красное знамя», в котором в последние годы работало немало «молодежкинцев» 90-х годов. Расправиться с ней было не так просто, поскольку контрольный пакет акций принадлежал московскому холдингу «Агентство новостей «ИМА-Пресс». В итоге в октябре 2014 года вышел фактически последний номер газеты. Сейчас она продолжает существовать как интернет-портал, а время от времени удается выпускать ее в бумажном варианте с очень ограниченным тиражом.

Обильные всходы

Конец 1980-х – начало 1990-х годов были для газетчиков как всей страны, так и Коми республики золотым веком. Новые издания росли как грибы после обильного демократического дождя. Появились газеты для подростков «Йoлoга» («Эхо») и «Твоя параллель», для взрослых «Семь дней экспресс» и другие. Самыми серьезными новичками на информационном поле региона стали газеты «Трибуна» и «Республика».

«Трибуна» поначалу была органом совета Федерации профсоюзных организаций Коми. Однако впоследствии она превратилась в независимую народную газету. Ее преимуществом перед другими изданиями стал самый большой в регионе тираж. Это достигается тем, что газета поднимает насущные проблемы, а также дешевизной за счет того, что в ней нет цветных полос, а объем газеты, как правило, не превышает 16 страниц.

В начале девяностых «Республика» была задумана как независимая газета, своего рода антипод в то время официозному «Красному знамени». Но получилось все наоборот. После того как не стало обкома партии, а также республиканского Совмина и Верховного Совета, «Красное знамя» пустилось в свободное плавание. А «Республика» стала официальной газетой главы и Государственного Совета Коми (ныне правительства и Госсовета РК). На ее страницах читатели могут узнать подробности о деятельности властных структур. Кроме того, газета публикует немало исторических материалов, содержит криминальную хронику, знакомит читателей с интересными людьми.

Не все газеты выжили в условиях конкуренции с распространяемыми бесплатно полурекламными изданиями и интернетом. Но «Трибуна» и «Республика» живут до сих пор.

Динозавры не сдаются

По мнению Игоря Бобракова, журналистика в наши дни переживает перемены, сравнимые с началом 90-х годов прошлого века. Только вызваны они не политикой, а новыми технологиями.

Умы людей все более завоевывает интернет. Молодые журналисты без труда осваивают просторы Всемирной паутины, которая постоянно видоизменяется. Их старшие коллеги далеко не всегда чувствуют себя в этом пространстве как рыба в воде, а газеты постепенно умирают.

Аксакалы советской журналистики либо ушли в мир иной, либо просто на пенсию. Достигли пенсионного возраста и те, кто делал новую журналистику в девяностые. Но большинство из них продолжают трудиться по своей профессии.

– Рядом с молодыми и яркими коллегами я порой чувствую себя динозавром. Но мы не сдаемся, – заключил Игорь Бобраков.

Григорий АЛИН

Фото автора и oldsyktyvkar.ru 

1 Комментарий для "От «Зырянской жизни» до «Республики»"

  1. Совершенно не верно утверждение, что А.Мурзин был единственным автором книг Л.Брежнева. Один из них. Это я лично при встрече слышала от него в 1979 году, когда привезла ему в «Правду» юбилейный выпуск «Молодёжи Севера — 50 лет».
    Расцвет Коми журналистики — это не политиканство 1990-х -типа «всё дозволено». 1960-1980-е годы — вот расцвет Коми журналистики.Республика строилась небывалыми темпами, сюда приезжали выпускники лучших вузов страны, население достигло уровня 1,3 млн. человек.Жизнь здесь бурлила всюду: темы, люди — раздолье для пишущей братии.Рабочие, ученые, шахтёры, газодобытчики, геологи, молодёжь — мы работали для них.А потом сменилось поколение. Многих работников газет трудно назвать журналистами — у них были разные цели и взгляды на происходящее.Погружение в политические процессы и привело в конечном счете к закрытию старейших СМИ Коми.Во всех остальных северных регионах этого не произошло. Динозавром себя никогда не чувствовала. И сейчас — тоже.Но с прискорбием могу констатировать, что профессия — журналист, как таковая — уходит в прошлое.И причин тому — масса.Одна из них — публикация из номера в номер только своих, редакционных материалов и полное отсутствие обратной связи.Отсюда — мизерные тиражи и интерес к публикациям.

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.