«Синяя птица» особого детства

В сыктывкарском реабилитационном центре с романтическим названием «Синяя птица» не бывает привычного для детских заведений шума и гвалта. Потому что особым детям требуется особое внимание и отсутствие суеты. Изо дня в день педагоги центра стараются научить малышей тому, что обычные здоровые дети осваивают легко и играючи. Здесь ребята с проблемами в физическом и интеллектуальном развитии учатся разговаривать, ходить, слышать музыку, развивают мелкую моторику. 

Юлия Посевкина (слева) во время занятия.

Инициаторами создания центра были родители из сыктывкарской общественной организации «Особое детство», возглавляет которую Юлия Посевкина. В задачи созданной десять лет назад организации входит защита прав детей с особенностями развития. В первую очередь родители добивались для своих детей-инвалидов прав на инклюзивное образование и посещение детского сада, потому как ничто так не способствует адаптации ребенка в социальной среде, как общение со сверстниками.  Уже через год после создания «Особое детство»  получило первую российскую награду как лучшая правозащитная организация. И родители заговорили о том, что нужно не только пробивать стену бюрократизма, но и самим что-то сделать, чтобы был реальный пример того, как нужно и можно работать с особыми детьми. Было решено создать центр, где детям могли бы оказывать реабилитационные и образовательные услуги и готовить к школе.

На Юлию Посевкину возложили обязанность возглавить этот центр. Она оформила ИП, написала проект на грант минэкономразвития. Проект одобрили, выделили деньги, и в 2010 году открыли центр, который поначалу располагался в однокомнатной квартире.  Все эти годы «Синяя птица» содержится исключительно на спонсорские деньги. Занятия платные, но средств хватает только на содержание помещения и оплату работы педагогов.

– Первые годы у нас работала детский психолог Наталья Арасланова, – рассказала Юлия Посевкина. – У нее был прекрасный опыт работы с детьми-аутистами в детском саду. Но она не выдержала системы, так как чтобы ребенок-аутист развивался, нужно построить такой эффективный образовательный процесс. А когда в группе 25 детей, это невозможно сделать. И потом все эти отчеты. Узнав, что Наталья уходит из детского сада, я подумала: «Нельзя, чтобы такой педагог пропадал». В общем, можно сказать, что центр мы открыли под нее. Как специалист Наталья была настолько универсальна, что одна работала в нескольких лицах – психолог, дефектолог и арт-терапевт. Только что логопедией не могла заниматься. Музыкальную терапию  поначалу проводила девочка-волонтер.

Сначала Наталья Арасланова работала одна, при необходимости помощниками в занятиях были родители. А через год к ней присоединилась Юлия Посевкина, которая и раньше была очень начитанна и просвещена в плане развития особых детей, а понаблюдав за работой психолога, приобрела еще и практический навык. У Натальи Араслановой была уникальная манера работы с детьми: она так быстро подстраивалась под ребенка, что тот почти сразу откликался, хотя привлечь внимание ребенка-аутиста очень сложно. Но через два года Наталья Арасланова решила уйти и кардинально поменять свою профессиональную карьеру.

– Я считаю, что она долго держалась и просто выдохлась, потому что это очень энергозатратная работа, – говорит руководитель центра. – Наталья  ушла, и мы до сих пор не можем создать такую атмосферу, которую могла создать она. В чем ее талант? В умении видеть особенности ребенка. Ведь многие специалисты грешат тем, что они больше теоретики, чем практики. И на имеющуюся у них систему знаний они накладывают ребенка. А надо делать наоборот: есть конкретный  ребенок, ты его изучаешь  и подстраиваешь под него всю систему.

По словам собеседницы издания, сложность работы в том, что дети это особые. Они никогда не скажут, как они себя чувствуют, что хотят, потому что это уже связано с самопознанием, а это для них слишком трудно. И потому при встрече с ребенком педагогу приходится очень внимательно вглядываться в него, пытаться понять, в каком настроении он сегодня, как выстроить занятие. Тут никакие запланированные заранее схемы не проходят, все – экспромт. И если работать с полной выкладкой, то это просто выкачивает все силы. Бывает, ребенок  придет не в настроении, ляжет на полу и лежит, катается по полу. Приходится искать к нему подход, придумывать способы вывести его из этого состояния.

Одна из методик, которую применяют в «Синей птице», – методика Монтессори, которая за основу берет выбор самого ребенка. Предоставьте ребенку игровую и развивающую среду, и он сам подойдет к тому, что ему интересно, и займется этим. К примеру, если у него сейчас лучший период для развития мелкой моторики, то он сам потянется к игрушкам, которые развивают мелкую моторику. Со здоровыми детьми это работает идеально: главное – не мешать им и вовремя что-то подсовывать. Но если у ребенка, например, ДЦП, то в период, когда организм готов для хождения, он все равно не пойдет, потому что ему больно. То есть такому ребенку придется развиваться, преодолевая боль. А если взрослые будут рассуждать, что, мол, не может сейчас ребенок и не надо, то он так никогда и не научится ходить.

– Когда я училась в институте, мне приходилось подрабатывать уборщицей в морге. Можно себе представить, какая это психологическая и физическая нагрузка, – поделилась Юлия Посевкина. – Но даже тогда я так не уставала, как работая в центре. За два года такой работы я почувствовала, что начала стареть. Иногда силы совершенно покидают, а тебя еще ждут дети, и приходится даже принимать энергетики, чтобы повысить свой жизненный тонус. Бывает, люди говорят, что просто не надо так открываться, нужно ставить какие-то блоки, чтобы энергия не утекала. Но, если их ставить, у тебя не будет отдачи.

На данный момент  в «Синей птице» занимается чуть больше тридцати детей с тяжелыми нарушениями поведения, вызванными тем или иным заболеванием. Занятия ведутся каждый день, кроме воскресенья. Максимальное количество занятий для ребенка – часов десять в неделю, минимум – два часа. Необходимое количество часов для развития каждого конкретного ребенка определяют в начале года на родительском собрании, где педагоги вместе с родителями обсуждают потребности детей. Очередь желающих попасть в центр не убывает уже который год, но в начале каждого учебного года при наборе детей приоритет отдается тем, кто ходит уже давно. Детям здесь нравится, некоторые так вообще готовы хоть целый день здесь находиться.

Если раньше занятия проходили только строго индивидуально, то с недавних пор педагоги начали практиковать занятия в группе из двух, максимум из трех человек. Это позволяет детям адаптироваться в обществе сверстников. Хотя, конечно, такая работа в разы усложняет нагрузку на педагогов. Да и на самих детей. Потому что, к примеру, один ребенок в группе говорит очень громко и иногда просто кричит, а другой остро реагирует на громкие звуки и сразу закрывает руками уши.

– Вообще, двое взрослых на троих детей –  это у нас эксперимент. Но воспитатели – сильные и с большим стажем работы в Кочпонском доме для детей-инвалидов, поэтому они справляются, – говорит Юлия Посевкина. – Логопедические занятия проводит Валентина Горинова, ритмику ведет хореограф Юлия Порошкина. А с керамистом Светланой Шиловой дети лепят из глины, клеят, рисуют. Светлана еще и психолог, но, к сожалению, не коррекционный. А вот коррекционному психологу в центре были бы очень рады. Есть также в центре прекрасный специалист, работающий по методике АВА-терапии. Это очень сильный метод коррекции поведения детей с аутистическим синдромом. В работе с детьми-аутистами самое главное – это раннее вмешательство специалиста. При этом условии прогнозы могут быть очень хорошими. Мы у себя в центре троих детей объединяем в группу, и то это очень сложно для педагогов. Понимая эту проблему, мы с родителями из «Особого детства» обратились в министерство образования республики с просьбой создать ресурсно-методический центр для педагогов, работающих с детьми с расстройствами аутистического спектра – по примеру федерального центра. В минувшем году при министерстве образования был создан такой центр. Однако там сделали акцент на диагностике детей, а мы настаиваем на том, чтобы это был именно методический центр, где бы консультировали педагогов, помогали им создавать адаптированные программы.

Опыт работы в «Синей птице» окончательно убедил ее руководителя в важности подготовки специальных педагогических кадров для занятий с особыми детьми. И чтобы как-то сдвинуть эту проблему с мертвой точки, общественники написали проект спецкурсов для педагогов «Педагоги без границ» и выиграли на него президентский грант. В рамках этого проекта пройдет три образовательных модуля. Первый – по современным технологиям работы с особыми детьми с приглашением специалистов из федерального центра. Также недавно были организованы курсы по повышению квалификации для педагогов, работающих с детьми с тяжелыми поведенческими нарушениями. Второй образовательный модуль пройдет в июне этого года в форме семинара по работе с детьми с тяжелыми нарушениями речи. В рамках этого модуля планируется обучить пятьдесят человек из республики. И третий модуль по работе с детьми-аутистами запланирован на октябрь. По окончании каждого модуля состоятся круглые столы, где наши специалисты вместе с федеральными экспертами будут обсуждать, как можно улучшить ситуацию с обучением и развитием особых детей.

– Кроме того, нас серьезно заботит проблема межведомственного взаимодействия, – поделилась собеседница издания новыми идеями общественников из «Особого детства». – У нас в педагогической среде нет командной работы с категорией особых детей: детсад работает по одной схеме, школа по другой, репетиторы – по третьей. А для ребенка очень важно, чтобы все работали в связке. Поэтому мы разработали документ «Индивидуальная карта развития ребенка». Карта хранится у родителей, ее заполняют все педагоги, которые занимаются с ребенком. В карте есть диалоговое окно, где педагоги могут давать друг другу рекомендации или советоваться. И мы хотим распространить эти карты среди родителей, которые готовы включиться в такую работу.

Галина ГАЕВА  

Фото Дмитрия НАПАЛКОВА

Добавить комментарий