Яков Юдович: «В гражданскую войну в Сибири был царь-геолог»

Сотрудники Института геологии Коми научного центра УрО РАН Яков Юдович и Марина Кетрис издали уникальный четырехтомник «Российские геологи рассказывают о себе». Через личные воспоминания сотен геологов вырисовывается развернутая картина становления и развития отечественной геологии. Как создавалась эта книга, о ее героях и приведенных в ней непридуманных историях накануне Дня геолога «Республике» рассказал доктор геолого-минералогических наук РАН Яков Юдович.

– Вы сами определили жанр этих книг как рассказ экскурсовода, ведущего читателя по музею российской геологии. Только вместо экспонатов в нем тексты. Их авторы – ваши коллеги, российские геологи. Как возникла идея собрать воедино записи геологов?

– Все произошло совершенно спонтанно. После того, как с крахом Советского Союза производственная советская геология приказала долго жить и большая часть геологов осталась без работы, многие из них взялись за сочинение воспоминаний. Дома у меня в книжном шкафу стояло с десяток таких книжек. Они и стали основой для нашего труда.

Был еще один побудительный мотив. Я всегда мечтал написать роман о геологах, но понимал, что это мне не под силу. Идеал для меня – «Анна Каренина», где разные сюжетные линии прекрасно сочленены, и Толстой с гордостью говорил, что никто не увидит в его романе, «как своды смыкаются», то есть как он соединял эти сюжетные линии. Я знал биографии многих геологов, мог написать одну историю, вторую, но не представлял, как соединить это так, чтобы, во-первых, были созданы образы нашего брата-геолога, во-вторых, чтобы было читабельно, интересно, и, в-третьих, была бы воссоздана картина советской геологии, которая сама по себе была уникальным явлением культуры. Для этого надо быть писателем, а не просто любителем беллетристики, как я.

А вот рассказать о геологии устами самих геологов, собрать опубликованные мемуары, выбрав в них самое интересное, – такое дело для меня было вполне посильным и очень увлекательным. В итоге получилось то, что один умный человек метко назвал «Хрестоматией советской геологии».

Технология работы была проста: я читал эти книги, выделял в них то, что мне показалось интересным, и отдавал своей очень способной лаборантке Наташе. Она сканировала выделенное и при помощи специальной программы переводила сканы в Word. Конечно, с многочисленными ошибками, которые исправляла сначала она, потом я. Так что все четыре книги состоят из фрагментов оригинальных текстов.

Авторы мемуаров рассказывали о своей карьере, об открытиях, здесь много довоенных воспоминаний, немало военных и послевоенных, охватывающих и период наибольшего рассвета советской геологии, и начало ее гибели.

Надо было просто грамотно организовать этот громадный материал. Поскольку у меня большой опыт написания книг, то это предприятие не было ничем сверхъестественным.

Большинству отрывков текстов предпосланы мои краткие комментарии, кое-где есть и вкрапления собственных текстов – там, где это было тематически оправдано.

Сначала хотел назвать книгу «Наедине с Богом». Именно так ощущает себя в маршруте геолог: никого рядом нет, кругом на сто километров полное безлюдье, ты отдан самому себе, и все зависит только от тебя. Придумывал и другие названия, всего набралось вариантов десять, а потом пришло простое и бесхитростное «Российские геологи рассказывают о себе».

– А сами-то авторы знали, что их воспоминания войдут в ваш сборник?

– Откуда же им было знать? Вы взгляните на списки литературы: в книге первой – 160 названий, во второй – 75, в третьей – 83 и в четвертой – 205. С учетом повторов наберется около четырех сотен авторов-геологов. Разумеется, лишь с десятком авторов я был знаком лично, прочих же никогда не видел, тем более что большинство авторов – давно уж покойные. Тем не менее с литературой мне здорово помогли две геологини: одна из Москвы, другая из Миасса.

– Как устроены книги, каково в них соотношение серьезной научной информации и беллетристики?

– Первая книга называется «Открытия и находки, прозрения и разочарования». В ней, как и во всех последующих, сделана подборка фрагментов из разнообразных автобиографических сочинений российских геологов – как дореволюционных, так и советских, касающихся именно содержательной части геологии или геохимии. Сюда же включен и небольшой раздел о древних рудознатцах – далеких, в том числе даже палеолитических, предшественниках современных геологов, и некоторые сведения о российской императорской, советской и снова российской академии наук. И здесь же масса материалов по разделам геологии и видам полезных ископаемых.

Вторая книга посвящена геологическому полю. Полевому геологу всегда есть о чем вспомнить, причем о некоторых впечатлениях невозможно забыть никогда. Полевая работа в диких труднодоступных местах – в тундре, тайге, горах и пустынях – обычно сопряжена с разными «приключениями». По прошествии времени они вспоминаются геологу как увлекательные или даже забавные, но нередко они бывали и смертельно опасными. И в этой же книге скомпонована обширная глава, полностью состоящая из геологической лирики – как в стихах, так и в прозе.

Тема третьей книги – именно советская геология с ее огромными плюсами и минусами, когда зачастую «закапывались» огромные деньги на пустые, никому не нужные работы. Все, что происходило в СССР, было и в геологии. Широчайшее использование рабского труда в ГУЛАГе, коллективизация, ужасы войны, засилье тайной полиции, послевоенное мракобесие (1949 год) – все это отразилось и в нашей геологии, которую не миновали ни голод, ни лишения, ни репрессии, но люди, как и всегда в России, проявляли самоотверженность и поразительный героизм. Поэтому по сравнению с двумя другими эта книга наиболее «политизирована». Заголовку книги точно соответствует глава первая «Геология уже советская. Рабство и победы». Главы вторая и третья посвящены войне и ГУЛАГу, четвертая – урановой эпопее советской геологии. Наконец, есть и материалы, посвященные нынешнему периоду.

Ну а все, что оказалось упущенным в трех первых книгах, собрано в четвертой, которая так и названа – «Дополнительная».

 – Вы упомянули о забавных историях, которые приключались с геологами. Расскажите хотя бы одну из них.

– Сделать это непросто, поскольку и забавного было сколько угодно. Ну вот навскидку. Дело было в Сибири во время гражданской войны. Местные жители-кочевники, узнав, что царя свергли, назначили своим царем уже известного им геолога, который приехал в очередную экспедицию. Кочевники доставили все, что положено царю: пригнали скот и девушек для гарема. Несчастный не знал, куда деться, – в те времена самозваного царя могли без разговоров поставить к стенке и красные, и белые. Царь, не царь – разбираться не станут. К счастью, ему удалось вовремя сбежать от своих «подданных».

– Каждый геолог считает обязательным оставить какие-то записи?

– Нет, далеко не каждый. Повторюсь – массовая мемуаристика появилась с крушением советской геологии, когда люди, еще полные сил и желания работать, остались не у дел. Но вообще геологи, как известно, в массе своей очень талантливые люди – многие писали и прозу, и стихи. В одном только нашем Институте геологии издано знаете сколько литературных сборников? Уже девятнадцать.

А известно ли вам, что наш министр промышленности Николай Герасимов – альпинист и бывший воркутинский геолог – едва ли не более известен как поэт? В этих сборниках вы можете найти много его отличных стихов.

Правда, когда я компилировал эти книги, включать туда стихи поначалу не хотел; я считаю себя совсем некомпетентным в поэзии, поэтому стихи просто отбрасывал. Но потом спохватился и заставил себя стихи читать. Постепенно научился отличать хорошие от плохих. И отобрал для этих книг хорошие, с моей точки зрения, стихи. Среди них есть и такие, которые к поэзии отнести нельзя, но зато они очень познавательные. Их я тоже кое-где включил.

Во время геологической экспедиции.

– Как восприняли ваше издание коллеги?

– Первые три тома разошлись практически моментально. Многие заказывали не по одному, а по нескольку комплектов. Иные тут же бросались читать, зачитывались в транспорте, некоторые признавались, что из-за этого пропустили свою остановку. Нам пришло очень много откликов, и практически все были весьма теплые.

Вот, например, что написал томский геолог-уранщик  Виктор Домаренко:

«Большое спасибо за трилогию. Читаю запоем. Некоторые эссе – шедевры мировой литературы, слеза наворачивается, а «старикашка с геморроем получил звезду Героя» – Раневская отдыхает. (Домаренко цитирует академика Коржинского, сочинившего стишок по случаю присвоения ему звания Героя Социалистического Труда.) Правда, к третьей книге неоднозначное отношение: ГУЛАГ давит, и неужели старые геологи такие пессимисты? («Кто сказал, что я сдал, что мне рук не поднять, что я с песней порвал, что рюкзак надо снять?») Высылаю некоторые материалы для вашей четвертой книги. Как только надумаете, я еще пришлю много оригинальных материалов. Извините за слог – эмоции распирают».

Тираж каждой из книг – 300 экземпляров. Они напечатаны за собственный счет и распространялись по заявкам за смешную цену – 600 рублей за три тома разом. Но мы сознательно распространяли книги со значительным убытком для себя – для того, чтобы их могли приобрести все желающие, включая нищих студентов и аспирантов. Впрочем, четвертая книга пока еще разошлась не полностью.

Рисунок Я. Юдовича.

– А вы сами довольны сделанной работой?

– Эти четыре книги не имеют аналогов – вот это я могу сказать с полной ответственностью. И мы с Мариной Петровной Кетрис довольны, что выполнили свой долг. Хотя никто нам этого долга не навязывал – он был внутренним, моральным. Непонятно, какой стимул был, повторяю: все произошло само собой, спонтанно. Я очень доволен, что мы эти книжки сделали и напечатали.

Беседовала Галина БОБРАКОВА

Фото Якова Юдовича из его личного архива

Добавить комментарий